Читаем Еврейский синдром-3 полностью

Первый иск я подал по "уголовной" статье - за клевету. В рассмотрении иска мне было отказано. Второй раз я подал уже гражданский иск - о защите чести и достоинства. В рассмотрении иска мне было отказано. В третий раз - картина повторилась. (Моя упорная, но вялотекущая борьба теперь уже с украинским "правосудием" сопровождалась таким количеством промежуточной судебной переписки, что, собрав ее воедино, можно было бы составить "Еврейский синдром-3"). К моменту написания книги в суд подан четвертый иск, о судьбе которого мне пока неизвестно…"

Продолжая тему, приведу отрывок из "Еврейского синдрома-2 1/2":

"Если вы помните, уважаемые читатели, я уже рассказывал эпопею с моими попытками защитить честь и достоинство и даже демонстрировал оттиск последнего, четвертого (!), искового заявления, датированного 24 мая 2001 года. Хотите знать, чем это закончилось? А тем, что в средине ноября, через полгода с момента подачи иска, я получил ответ судьи, сообщавшего мне о… необходимости переписать заявление в течение 20 дней…".



Пятый иск я подал 26.11.2001г. и… получил отказ. Вы можете своими глазами увидеть это определение суда, датированное 15.03.2002г.


Сейчас, когда пишется эта книга, в суде находится очередной - шестой - иск. Что из этого выйдет - пока неизвестно. А впрочем, почему неизвестно…


В предыдущих работах кроме судебной переписки я демонстрировал документы, в которых ответчик дает "рекомендации" суду… не принимать от меня иск.


В этой ситуации у меня был один выход: обрушиться на "писунов" доноса с самыми непристойными оскорблениями и спровоцировать их на подачу иска о "защите чести и достоинства" теперь уже против меня. Такой поворот событий давал бы мне возможность выставить встречный иск и заставить, наконец, суд принять его к производству. Но, судя по всему, "честь и достоинство" доносчиков со временем подверглись такому кардинальному обрезанию, что, похоже, защищать-то им уже нечего. Наверное, поэтому и продолжают молча глотать дерьмо. А может, чувствуют опасность встречного иска?


Как бы там ни было, но я с большим удовольствием представляю вашему вниманию юбилейный "дайджест" собственных мнений, высказанных в разных моих работах в адрес паскудных тварей, три года назад изрыгнувших подлейшую гнусную "слюнтявку". Как гласит народная мудрость: "Первый кнут - доносчику!". (Кстати, на нижеприведенных примерах очень ясно прослеживается эволюция моей злобы).

ДАЙДЖЕСТ (Юбилейные чтения)

"…все вышенаписанное - от первого до последнего слова - самая грязная ложь. Трусливые шакалы это знают. Им не привыкать валяться ё грязи и обрызгивать ею других. Ведь, как известно, месть труса - клевета. В приличном обществе за такие писульки били бы морду, в нашем "тяжелом" случае - сделали бы полное обрезание по самое "здрасьте"…" ("Еврейский синдром").


"…обратите внимание на перечень "подписантов". Кого мы видим в этом "славном" ряду? Ба! Да это же Мойша Москович - главный раввин Харькова и Харьковской области собственной персоной! А мы думали, что он молится… А он, оказывается, доносы строчит. Да не кому-нибудь, а Президенту Украины!


Мойша, венесуэльское ты отродье, почему бы тебе, пес приблудный, не уткнуться в молитвенник, вместо того, чтобы совать свой нос в мирские "разборки"? В нашей стране негоже священнослужителю пыхтеть над доносами. Или ты забыл, что находишься не в Каракасе? Или твой хабадский сан позволяет, забыв о Боге, грешить и паскудничать?


И в суд же на тебя толком нельзя подать за клевету, ведь ты у нас "иностранным гражданином" числишься. Вот ловко пристроился, венесуэльский оборотень! Как вещать от имени украинских евреев, так ты - "главный раввин Харькова и Харьковской области"; как отвечать за доносы, так ты - "гражданин иностранной державы"! Вот говнюк: засел в нашей стране, а под законы наши не подпадаешь! Тварь неприкасаемая… Что, обидно стало? А ты подай на меня в свой - венесуэльский - суд. Пусть он защитит твою паскудную "честь" и обрезанное "достоинство". Тебе придется полжизни ждать, когда оно придет - твое мгновение. Накось выкуси, "кобзон" штопаный… Надеюсь, что "добрые люди" переведут Мойше мои слова…" ("Еврейский синдром-2").


"…Здесь я вынужден отвлечься и вновь вспомнить о чрезвычайно вежливых суках, поставивших свои подписи под поганым доносом на меня… В то время, когда я проходил детальный инструктаж в Бруклине, познавал хабад-ские методы ведения войны, посвящался в тайные планы захвата власти не только на Украине, но и на всем постсоветском пространстве, эти новоявленные адепты Любавичского Ребе даже не подозревали о существовании секты Хабад и своего сегодняшнего Мессии. Зато теперь, под руководством венесуэльского "комиссара", свора продажных скунсов сразу начинает вонять, учуяв Врага. К сожалению, в данный момент единственный, кто чует их вонь, - это я. Для всех остальных они продолжают оставаться "вежливыми и предупредительными"…" ("Еврейский синдром-2 1/2").


Перейти на страницу:

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Свой — чужой
Свой — чужой

Сотрудника уголовного розыска Валерия Штукина внедряют в структуру бывшего криминального авторитета, а ныне крупного бизнесмена Юнгерова. Тот, в свою очередь, направляет на работу в милицию Егора Якушева, парня, которого воспитал, как сына. С этого момента судьбы двух молодых людей начинают стягиваться в тугой узел, развязать который практически невозможно…Для Штукина юнгеровская система постепенно становится более своей, чем родная милицейская…Егор Якушев успешно служит в уголовном розыске.Однако между молодыми людьми вспыхивает конфликт…* * *«Со времени написания романа "Свой — Чужой" минуло полтора десятка лет. За эти годы изменилось очень многое — и в стране, и в мире, и в нас самих. Тем не менее этот роман нельзя назвать устаревшим. Конечно, само Время, в котором разворачиваются события, уже можно отнести к ушедшей натуре, но не оно было первой производной творческого замысла. Эти романы прежде всего о людях, о человеческих взаимоотношениях и нравственном выборе."Свой — Чужой" — это история про то, как заканчивается история "Бандитского Петербурга". Это время умирания недолгой (и слава Богу!) эпохи, когда правили бал главари ОПГ и те сотрудники милиции, которые мало чем от этих главарей отличались. Это история о столкновении двух идеологий, о том, как трудно порой отличить "своих" от "чужих", о том, что в нашей национальной ментальности свой или чужой подчас важнее, чем правда-неправда.А еще "Свой — Чужой" — это печальный роман о невероятном, "арктическом" одиночестве».Андрей Константинов

Евгений Александрович Вышенков , Андрей Константинов , Александр Андреевич Проханов

Криминальный детектив / Публицистика
Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика