В конце концов во дворец пришел мудрец и сказал: «Я думаю, что могу вылечить принца». Король позволил ему попробовать.

Мудрец снял одежду, забрался под стол и начал есть кукурузные зерна. Принц с подозрением посмотрел на него и сказал: «Кто ты и что здесь делаешь?»

Мудрец ответил: «А ты кто и что здесь делаешь?» «Я – петушок», – враждебно ответил принц.

«Правда? Так и я тоже!» – тихо сказал мудрец.

И они беседовали под столом, пока не познакомились очень близко. Когда мудрец понял, что принц к нему привык, он попросил принести одежду. Он оделся и сказал принцу: «Не думай, что петушки не могут носить одежду, если хотят. Можно носить одежду и быть замечательным петушком». Принц немного подумал и тоже оделся.

Потом мудрец приказал подать под стол еду. Принц встревожился и сказал: «Что ты делаешь?»

Мудрец успокоил его: «Не волнуйся. Петушки могут есть человеческую еду, если хотят, и оставаться при этом петушками». Принц подумал об этом немного и тоже приказал подать еды.

Тогда мудрец сказал принцу: «Ты думаешь, что петушки должны все время сидеть под столом? Можно ходить, где хочешь, и быть отличным петушком». Принц подумал об этом, вслед за мудрецом выбрался из-под стола и начал ходить по комнате. После того как он начал есть как человек, одеваться как люди и ходить как все люди, он, в конце концов, избавился от желания быть петушком и выздоровел.

Говард Шварц, напечатавший эту притчу в книге «Ворота в новый город: сокровищница современных еврейских историй», цитирует также и комментарий Рабби Нахмана к этой истории: «Также и учитель должен опускаться до уровня своих учеников, если хочет поднять их выше». Шварц считает, что с точки зрения современного читателя мудрец – типичный психиатр, который, следуя теории Р. Д. Лэнга, должен разделять сумасшествие своих пациентов, чтобы полностью понять их переживания и увести их из мира безумия».

Короче говоря, если вы хотите изменять и исправлять людей, недостаточно харизмы и красноречия. Оба эти качества лишь заставляют слушателя чувствовать свою неполноценность. Первое требование к лидеру – эмпатия. Только если человек чувствует, что вы вникаете в его обстоятельства и способны понять и оценить его личную правду, он способен открыться переменам.

Дополнение

Я хочу закончить эту главу цитатой из речи нееврея, кандидата в президенты США, где он обращается к ежегодному собранию сионистской организации: