Читаем Еврейская мудрость полностью

В этот день Рабби Элиезер привел все возможные в мире аргументы, но мудрецы их не приняли.

В конце концов он сказал: «Если закон на моей стороне, то пусть это дерево подтвердит это».

Он показал на дерево, которое тут же переместилось на сто локтей, а некоторые говорят – на все четыреста.

Они ответили: «Перемещение дерева не доказывает твоей правоты».

Рабби сказал: «Если я прав, то пусть ручей подтвердит это».

И ручей начал течь в обратном направлении.

А мудрецы ответили: «Изменение направления ручья ничего не доказывает».

И Рабби сказал: «Если закону быть по мне, пусть стены Дома Учения это докажут».

Стены стали клониться внутрь. Рабби Иешуа тогда встал и упрекнул стены: «Если ученики мудрых спорят о законе, какое право вы имеете вмешиваться?»

Из уважения к Рабби Иешуа стены перестали клониться внутрь, но из уважения к Рабби Элиезеру они не выпрямились, а остались стоять под углом и по сей день.

И тогда Рабби Элиезер сказал: «Если я прав, пусть Небеса подтвердят это».

Тогда пришел голос с Небес и произнес: «Что вы спорите с Рабби Элиезером? Он прав, и закону быть так, как он говорит!»

И тогда Рабби Иешуа встал и сказал: «Это не голос с Небес».

Что он имел в виду? И сказал Рабби Иеремия: «Он имел в виду, что Тора уже дана на горе Синай, и мы не обращаем внимания на небесный голос, так как Бог сам написал в Торе: “Следуй за большинством”».

Рабби Нахман встретил пророка Элияhу, и спросил его: «Что Всевышний, благословен Он, делал в тот час?»

Элияhу ответил: «Он смеялся и говорил: “Мои дети Меня победили, Мои дети Меня победили”!»

Вавилонский Талмуд, Бава Мециа 596

Хаим Маккоби, включивший эту историю в свою антологию «День, когда Бог смеяля: пословицы, басни и развлечения еврейских мудрецов», заметил, что эта история приводила в ужас средневековых христианских теологов. Во время диспута в Париже в 1240 году, когда Талмуд осудили на сожжение, эта история приводилась как пример «кретинизма» Талмуда. Несомненно, мысль, что с тех пор как была дарована Тора, евреи не должны слушаться новых «небесных голосов», понималась как нападка на Иисуса.

Маккоби считает, что эта история «открывает суть Талмуда. Бог – хороший Отец и хочет, чтобы Его дети выросли и стали самостоятельными. Вручая Моисею Тору, Он хотел, чтобы евреи сами развивали ее законы». Поэтому, признавая реальность Бога и Его чудес, евреи стараются открыть дорогу для человеческих рассуждений и рациональности» («День, когда Бог смеялся»).

Последнее утверждение вызывает бурные и злободневные межконфессиональные дискуссии о чудесах. Последователи различных религий часто стараются доказать истинность своей веры, ссылаясь на чудеса, описанные в их священных книгах. Несколько раз пылкие христианские миссионеры удивлялись, как я могу не верить в Иисуса, зная, что он воскрес из мертвых на третий день, и этому была масса свидетелей. Такие аргументы редко являются действенными, так как адепты другой веры также восхищаются своим чудесами и ставят под сомнение правдивость «чужих» чудес. При том, что каждая религия рассказывает о чудесах, единственным действенным аргументом может быть апелляция к всеобщим стандартам разума и рациональности.

Урок упрямым спорщикам

Перейти на страницу:

Похожие книги

Этика Спинозы как метафизика морали
Этика Спинозы как метафизика морали

В своем исследовании автор доказывает, что моральная доктрина Спинозы, изложенная им в его главном сочинении «Этика», представляет собой пример соединения общефилософского взгляда на мир с детальным анализом феноменов нравственной жизни человека. Реализованный в практической философии Спинозы синтез этики и метафизики предполагает, что определяющим и превалирующим в моральном дискурсе является учение о первичных основаниях бытия. Именно метафизика выстраивает ценностную иерархию универсума и определяет его основные мировоззренческие приоритеты; она же конструирует и телеологию моральной жизни. Автор данного исследования предлагает неординарное прочтение натуралистической доктрины Спинозы, показывая, что фигурирующая здесь «естественная» установка человеческого разума всякий раз использует некоторый методологический «оператор», соответствующий тому или иному конкретному контексту. При анализе фундаментальных тем этической доктрины Спинозы автор книги вводит понятие «онтологического априори». В работе использован материал основных философских произведений Спинозы, а также подробно анализируются некоторые значимые письма великого моралиста. Она опирается на многочисленные современные исследования творческого наследия Спинозы в западной и отечественной историко-философской науке.

Аслан Гусаевич Гаджикурбанов

Философия / Образование и наука