Читаем Это ты, Африка! полностью

…Последние километров сто до Хартума дорога шла не по пустыне, а по саванне. Здесь не так сухо, как в районе Асуана или Донголы, существует и такое понятие, как сезон дождей. (А, кстати, в районе Сахары «воды с неба» почти не бывает; в каком-то египетском городке нам даже похвастались, что последний дождь у них прошёл 15 лет назад.) По сторонам асфальтовой трассы — какое наслаждение ехать по асфальту! — тянулись просторы, покрытые жухлыми, жёлтыми травами; стояли небольшие кривые деревца; там и сям — большие бесформенные кучи: вероятно, термитники.

На въездном посту ГАИ, перед самой столицей, автобус остановился.

Это был могучий пост — не объехать, не обойти. Вероятно, солдаты спросили водителя, содержатся ли в его автобусе какие-нибудь подозрительные личности. Нас позвали на выход.

Гаишник, увидев нас, потребовал документы. Мы достали паспорта. Наличие суданской визы не удовлетворило его — он продолжал чего-то хотеть.

Мы, разумеется, делали вид, что не понимаем. Видя, что мы тупые, он покинул нас и вскоре вынес из будки ксерокопию пермита — большую бумагу с фотографией, штампом и текстом на английском языке — и показал нам её.

«А, так вы хотите бумагу с фотографией и печатью и текстом на неведомом языке», — подумали мы и достали наши удостоверения великих путешественников АВП. Как нарочно, они тоже имели фотографию в левом верхнем углу, непонятный (для гаишника) текст и печать. «Хорошо, можете ехать!» Гаишник отпустил нас, и мы забрались в автобус, который немедленно тронулся.

Вот и приехали. Конечная станция автобуса — Омдурманский «сук шаби» — находилась на самом краю города. О, какой пейзаж!

В свете заходящего солнца (а было уже 18.00) нашему взору предстала огромная свалка, в которой копошились мухи, овцы и местные жители.

Поблагодарили водителя. Другого автобуса, равно как и Шулова, ехавшего в нём, сейчас не было видно. Решили дойти до Нила и переночевать на его берегах, а наутро отправиться к российскому посольству, где была назначена наша с Шуловым встреча.

Как уже упоминалось, в Омдурмане, как и в самом Хартуме, живёт около миллиона человек. Хартум — относительно современный город, где наука, техника, градостроительство и уровень жизни достигли, в среднем, уровня наших 1930-х годов. А Омдурман — город старый, и миллион его жителей в глиняных кварталах живут так же, как и в остальных городах страны.

Мы шли довольно долго по вечерним улицам Омдурмана и радовались. Неужели мы здесь? Прошло всего лишь восемь с половиной дней, с тех пор как мы сошли с борта парохода в Вади-Халфе, а позади уже 950 километров! Да здравствует Африка!

Все опасности, которыми нас пугали ранее, не оказали на нас никакого воздействия. А ведь…

Вот цитата из пособия на английском языке, висящего в Интернете и предупреждающего путешественников о различных опасностях в сей стране:

1. Повсюду в Судане. Путешествия во всех районах Судана опасны.

2. Иракские военные базы. Иракские бомбардировщики и военные

самолёты дислоцируются в Судане, нацеленные на Асуанскую плотину и

саудовский порт Джидду.

3. Хартум. Западные представительства в Хартуме неоднократно

были объектами террористических актов.

4. Юг Судана. В трёх южных провинциях Судана идёт гражданская

война. 259.000 человек погибло и 3 миллиона лишились своих жилищ за

последние годы.

5. Бандиты. Бандитизм распространён в западном Судане, вдоль

ливийской и чадской границ и в западном Кордофане.