Читаем Это кровь полностью

"Гиперпаранойя." Я отлично помню, как родилась ИДЕЯ этого рассказа. Однажды весной начала восьмидесятых, когда деревья были для меня большими, я увидел на улице около Бессарабского рынка пионерку за столиком, которая собирала "подписи за мир" - тогда, помнится, была "гонка вооружений". Я тогда писал здоровенными кривыми буквами (а сейчас пишу почти так же), и расписался в разграфленном в линейку "гроссбухе". Мол, тоже за мир. Уже тогда меня посетила мысль - а что, если американцы нападут на СССР, и во время оккупации начнут искать по этим подписям людей? К счастью, эту паранойю я развил лишь в рассказе. К слову, если вы хотите почитать о настоящей, дичайшей паранойе, советую обратить внимание на толстенную книгу Сальвадора Дали "Тайная жизнь Сальвадора Дали". Я-то думал, что мой герой "Гиперпаранойи" преогромный оригинал. Ан нет, у меня персонаж прост и наивен, по сравнению с Дали. Вот последний это даааа...Почитайте, не пожалеете.

"Кровавая Жатва". Мой первый и последний рассказ о вампирах. Это не ново и уже надоело. Я попытался показать вампира не как тупого кровососа, который боится чеснока, а как мыслящую личность. Впрочем, полагаю, вампирская тема изжила себя, поэтому оставим ее. К слову, "Кровавая Жатва" написана в текстовом редакторе, который я сам написал для своих нужд. Увы, Ворд оказался удобнее...

"Сапожник и Будка". Если мне не изменяет память, этот рассказ, а еще "Менестрель" и "Прямая дорога на кладбище" я опубликовал от имени некой Katrine de Fonte. Каюсь, рассказы написал я, Петр Семилетов. Или, можно вообразить такую ситуацию -- Katrine de Fonte мистифицирует читателей, что она является Петром Семилетовым. Либо Петр Семилетов мистифицирует читателей, что он есть Katrine de Fonte, которая пытается убедить читателей, что она суть Петр Семилетов, который... Мятежные души не знают покоя. Вернемся к нашим баранам. "Сапожник и Будка" - рассказ о деградации человека под влиянием окружения, а именно - маленького захолустного городка. Это весьма актуально - есть такие захолустные селения, где человек обречен на деградацию. В таких городках нет ярких перспектив - есть тоска и обыденность. Паршиво. Впрочем, несмотря на мрачный финал рассказа, некоторое подобие хэппи энда имеется - преждевременно состарившийся герой с теплотой вспоминает молодость, прошлое, и на какое-то время живет им.

"Весенняя Депрессия". Дело было ночью, я ожидал по ящику фильм ужасов "Резня бензопилой в Техасе", и что-то ел. Канал, по коему этот фильм должны были показать, оккупировали христиане. Целая куча сект разных мастей на одном канале. Хотя религия вызывает во мне отвращение, тем не менее я частенько смотрю самопальные передачи различных "общин", которых в Киеве развелось преогромное количество. У меня есть интерес к таким передачам - я люблю наблюдать за психически нездоровыми людьми. Когда-то по каналу "ТЕТ" была некая программа, посвященная уж и не помню чему, пустая передачка, но с гениальнейшей заставкой. Дебилы. Около минуты крутился в замедленном темпе ролик такого содержания - интернат, умственно отсталым подросткам показывают кукольный театр приехавшие в интернат кукольники. Hадо сказать, кукольники выглядели похлеще зрителей. Я ловил кайф! Это изврат, но я жадно смотрел, как кукольники ходят с тряпичными зайцами на руках, и кривляются при разговоре, а зрители машут руками, простодушно хлопают в ладоши, и стоя танцуют. Особенно меня притягивал кадр, где крупным планом показывали одного парня, который хлопал с открытым ртом, из уголков коего текли две тоненькие, словно ниточки, струйки слюны. И ЭТО показывали в замедленном темпе! Hо я отвлекся. Итак, я ожидал свой любимый фильм, было очень поздно, я что-то ел, пил газировку, и то нечего делать стал смотреть одну из этих христианских передач. Тоже в кайф! Молодой святоша, стоит на некой зеленой полянке. За ним - сад, холмы. --Я имею силу, мне дает ее Гааасподь! - гнусавит он. Одет святоша прозаично, но вместе с тем как-то строго - футболка заправлена в штаны. --Оооо, братья и сестры, я сейчас покажу вам силу! - восклицает он. Hу, думаю, будет подковы гнуть, что ли? Или достанет кое-что из трусов? Ан нет! Святоша разбегается, и перекидывает тело через ограду для скота, а затем делает кувырок на траве, уже по ту сторону заборчика. --Оооо, -- снова гнусавит он, -- Это и есть сила! Вы видели эту силу? Ее дал мне наааааш Гааасподь Исууус ХрисОООс. И вытирает руки от травы о задницу. Если напряжете память, то вспомните, что этот эпизод вошел в рассказ. Любопытно, ко мне пришло несколько отзывов на "Депрессию", и в двух из них был вопрос, действительно ли я был на собрании секты, подобной описанной, т.к. уж очень реалистично все описано.

Три часа ночи, пора вздремнуть. И прошел день. Hу следующую ночь Шах...Hикогда не забыть мне вчерашнюю ночь, когда я устанавливал вынду 2000. Врагу не пожелаю. Продолжим.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Единственный
Единственный

— Да что происходит? — бросила я, оглядываясь. — Кто они такие и зачем сюда пришли?— Тише ты, — шикнула на меня нянюшка, продолжая торопливо подталкивать. — Поймают. Будешь молить о смерти.Я нервно хихикнула. А вот выражение лица Ясмины выглядело на удивление хладнокровным, что невольно настораживало. Словно она была заранее готова к тому, что подобное может произойти.— Отец кому-то задолжал? Проиграл в казино? Война началась? Его сняли с должности? Поймали на взятке? — принялась перечислять самые безумные идеи, что только лезли в голову. — Кто эти люди и что они здесь делают? — повторила упрямо.— Это люди Валида аль-Алаби, — скривилась Ясмина, помолчала немного, а после выдала почти что контрольным мне в голову: — Свататься пришли.************По мотивам "Слово чести / Seref Sozu"В тексте есть:вынужденный брак, властный герой, свекромонстр

Эвелина Николаевна Пиженко , Мариэтта Сергеевна Шагинян , Александра Салиева , Любовь Михайловна Пушкарева , Кент Литл

Короткие любовные романы / Любовные романы / Современные любовные романы / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика
Дорога
Дорога

Все не так просто, не так ладно в семейной жизни Родислава и Любы Романовых, начинавшейся столь счастливо. Какой бы идиллической ни казалась их семья, тайные трещины и скрытые изъяны неумолимо подтачивают ее основы. И Любе, и уж тем более Родиславу есть за что упрекнуть себя, в чем горько покаяться, над чем подумать бессонными ночами. И с детьми начинаются проблемы, особенно с сыном. То обстоятельство, что фактически по их вине в тюрьме сидит невиновный человек, тяжким грузом лежит на совести Романовых. Так дальше жить нельзя – эта угловатая, колючая, некомфортная истина становится все очевидней. Но Родислав и Люба даже не подозревают, как близки к катастрофе, какая тонкая грань отделяет супругов от того момента, когда все внезапно вскроется и жизнь покатится по совершенно непредсказуемому пути…

Александра Маринина , Александра Борисовна Маринина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза