Читаем Это Америка полностью

Тася Удадовская, придя на работу пораньше, привычно сняла бигуди, слегка взбила волосы, полюбовалась на себя в зеркале и спустилась со второго этажа в офис доктора де Пуаза. Игривой походкой она подошла к его кабинету, будто ненароком заглянула в дверь и почти пропела:

— Здравствуйте, доктор. О, как вы прекрасно выглядите сегодня — ну совсем молодой человек.

Старику за восемьдесят, конечно, приятна похвала молодой женщины, он улыбнулся:

— Спасибо. Вы действительно находите, что я выгляжу не очень старым?

— О, доктор, да вы же очень интересный мужчина!

— Ну, если вы так считаете… Как вам работается на втором этаже?

— Не знаю, как вам сказать, доктор… — Тася потупила глаза, замялась.

— Говорите как есть.

— Знаете, доктор, для моей квалификации там немного… — как бы сказать? — скучно.

— Скучно? Что ж, надо будет придумать для вас что-нибудь получше.

— О, я буду вам так благодарна, так благодарна! — опять запела Тася.

В лаборатории она нашла склонившуюся над микроскопом Лилю, подкралась сзади, обняла ее:

— Кисанька — лапушка, а вы все работаете… Завидую вашей работоспособности. Хочу вот напроситься к вам в гости, посмотреть, как вы устроились в новой квартире.

Она пришла вечером, прямо с порога стала любезничать, нахваливая Лилю Алеше:

— Ваша жена просто кисанька — лапушка! На работе доктор так ею доволен, так доволен, прямо души в ней не чает, всем рассказывает, какой она хороший работник.

Потом Тася долго ходила, выглядывала в окна, трогала мебель, спрашивала, что сколько стоит.

— У вас все так хорошо, вы вдвоем, счастливые. Я так рада за вас, кисаньки — лапушки!

Лилю она раздражала. Когда она наконец ушла, Лиля сказала ворчливо:

— Хитрит и врет. Никогда я не слышала, чтобы доктор меня хвалил. Она работает массажисткой у жены доктора, на этаж выше. С недавних пор повадилась бегать к нам и то и дело попадаться доктору на глаза. Что-то у нее на уме есть.

Через несколько дней Алеша, придя с радиостанции, застал Лилю безвольно сидящую с опущенной головой и вздрагивающими плечами.

— Ты уже дома? — удивился он. — Что случилось?

Не поворачивая головы, охрипшим от слез голосом Лиля сказала:

— Я уволена.

— Уволена? Но что произошло?

— Ничего. Просто доктор сказал: «Вы слишком квалифицированы для этой работы» и выгнал, заплатив за две недели вперед. Но я знаю, я просто уверена, что это интриги Таси, этой «кисаньки — лапушки». Она точно наговорила ему что-то про меня. Наглая, хитрая, паршивая дрянь! — закричала вдруг Лиля. — Прикидывалась другом, а сама заняла мое место, всадила мне нож в спину, гадюка!

Алеша впервые видел Лилю в таком состоянии, он обнял ее, прижал к себе.

— Да наплюй ты на эту Тасю и на эту работу! Тебе нужно отдохнуть.

— Как отдохнуть?! Я зарабатывала почти семьсот долларов в месяц, это же был наш единственный постоянный доход…

— У нас еще остались деньги, и я тоже немного подрабатываю — мы продержимся.

Лиля задыхалась от обиды и никак не могла успокоиться. Тяготы жизни истощили ее нервную систему, а этот удар окончательно подорвал ослабевшее здоровье. Она впала в депрессию и еле двигалась. Алеша забеспокоился и решил, что ей необходим полный отдых. Надо срочно хоть на пару недель увезти ее из города, сменить обстановку. Но на поездку не было денег.

* * *

Он спросил своего нового приятеля Илью Мусина:

— Как думаешь, где нам с женой лучше отдохнуть? Чтобы недорого, недалеко и спокойно.

— Проще и дешевле всего взять в рент машину и поехать на север штата Нью — Йорк, к горному хребту Адирондак — с лесами и озерами. Считается, что самый чистый воздух. Всего шесть — семь часов езды на машине. Кстати, Горький в 1906 году написал там свой роман «Мать». Может, и ты что-нибудь сочинишь, — пошутил он.

Лиля безразлично отнеслась к этой идее, она была не в состоянии ни радоваться, ни возражать.

Алеша пошел взять машину напрокат. Эта сфера услуг была пока непривычной для него: в Союзе о прокате машин не слышали, а здесь были сотни гаражей rent-a — car — машин в прокат.

— Дайте вашу кредитную карточку, — сказали ему.

Кредитные карточки тогда только входили в обиход, у Алеши ее пока не было.

— Я заплачу наличными, вперед.

— Мы наличные не принимаем. Нам нужно знать кредитоспособность клиента на случай, если что-нибудь случится с машиной.

Какая у них может быть кредитоспособность?.. Ни он, ни Лиля не работали. Выручил опять Мусин: взял машину на свое имя и записал Алешу шофером.

Алеша тщательно изучил дорожную карту, которую выдали в конторе проката, оставил Лешке деньги на две — три недели самостоятельного проживания, и вот в первый раз они с Лилей выехали на американские дороги на недорогом голубом «шевроле — сайтэйшен». Как только выехали из города, настроение у Лили улучшилось, оба думали: «Кто знает, что будет завтра? Будем хоть сегодня жить без забот, будто никакого завтра нет».