Читаем Это Америка полностью

— Знаешь, когда я поняла, что он берет меня на работу, я так обрадовалась, что забыла спросить про оплату. Его секретарша сказала, что я буду получать сто девяносто долларов в неделю.

— Ого! — Лешка удовлетворенно кивнул головой.

Сумма казалась им очень солидной.

— Доктор дал мне двадцать долларов, чтобы я купила форму для работы, и объяснил, что магазин тут недалеко, за углом.

Лешка ушел в надежде подработать, а Лиля купила нейлоновое белое платье медсестры с коротким рукавом и пошла через парк обратно. Весь путь занимал минут сорок, и она решила, что будет ходить пешком, чтобы не тратиться на транспорт — на этом можно сэкономить доллар в день. Она думала, как с гордостью сообщит Алеше и напишет родителям, что получила работу; думала, что хотя ассистент доктора — это даже меньше, чем медицинская сестра, но это только начало. К тому же она ведь и не доктор здесь — пока никто.

Когда на следующее утро Лиля вышла в форменном платье, чтобы идти на работу, она встретила в холле Берла с постояльцами. Все уставились на Лилю, а Берл подошел поздравить:

— Так — так. Получили работу? Мазал тов! Помалу — помалу, все будет. Это Америка.

* * *

У докторов в разных районах были разные офисы. Офис доктора де Пуаза занимал первый этаж старинного особняка. Лиля не могла себе представить ничего подобного по богатству: холл с зеркалами в бронзовых рамах, большой зал с ковром на полу, мягкими креслами, картинами на стенах, журнальными столиками с набором модных журналов, изящные бронзовые лампы. Дальше три смотровые комнаты, две процедурные со всевозможным оборудованием и громадный красивый кабинет доктора. Доктор был терапевтом широкого профиля, и все здесь было приспособлено для обследования и лечения амбулаторных больных. Большую часть оборудования Лиля никогда не видела, ей пришлось осваивать его с одного — двух показов. В ее обязанности входило встречать пациентов и провожать в зал, занимать их до приема доктора, измерять температуру и кровяное давление, снимать электрокардиограммы, подготавливать инструменты для исследования, ампулы для уколов и вливаний. И всегда быть любезной с пациентами.

Доктор был популярен в своем районе, к нему шло много больных, в основном — богатых дам с Пятой авеню и прилегающих улиц. У многих не было серьезных заболеваний, они просто заходили в офис как в клуб, жаловались на плохой сон или головную боль. Некоторые заглядывали во время прогулки, в дорогих нарядах, с искусным гримом на немолодых лицах, держали на руках или вели на поводке болонок, непременно украшенных бантиками. Одна дама приводила даже двух мопсов. Обязанностью Лили было встречать этих дам и проявлять к ним чуткость и внимание.

— Добро пожаловать, миссис Смит. Как вы поживаете?

— Ах, не спрашивайте!.. Я себя чувствую ужасно!

— Что такое, миссис Смит, что случилось?

— Я так плохо спала эту ночь, так плохо…

— О, я очень сожалею, миссис Смит.

— Хочу просить доктора проверить мое состояние.

— Конечно, миссис Смит, я сейчас же доложу доктору. Присядьте на минуту.

Другая дама рассказывала, закатив глаза:

— Ах, не пойму, что со мной — я совершенно лишилась аппетита. Вчера мы с мужем были на банкете в честь президента итальянской автомобильной фирмы. Там было так много вкусных блюд — осетровая икра, прекрасные омары. И представьте, мне совсем не хотелось есть. Хочу посоветоваться с доктором — что это со мной?

— Конечно, доктор вам непременно поможет. Присядьте, я сейчас доложу о вас.

Каждый такой получасовой визит стоил 150 долларов, почти столько же, сколько Лиля получала за неделю работы. Секретарь посылала счета на дом, мужья выписывали чеки и присылали их по почте.

Доктор был очень богат, весь этот трехэтажный особняк с двадцатью пятью комнатами был в его собственности. На втором этаже размещалась амбулаторная клиника для похудания, ею управляла жена доктора, высокая худая женщина около шестидесяти. Там работали диетологи, инструкторы лечебной гимнастики, медицинские сестры, массажистки и такие же ассистентки, как Лиля. Хозяйка была строга с персоналом, ее боялись и не любили. Жили хозяева на третьем этаже, у них было восемь комнат и чернокожая горничная. Это была единственная чернокожая во всем особняке.

Кроме многомиллионного особняка доктор владел еще какими-то плантациями. А еще на нью — йоркской бирже у него имелся маклер, который часто звонил по телефону. Тогда доктор бросал своих пациенток и за закрытой дверью кабинета подолгу обсуждал с ним, какие акции покупать, а какие продавать. В таких случаях помогала собачка: стоило Лиле только глянуть на нее, как хозяйка забывала о своих хворях и принималась страстно расхваливать песика. Лиля вежливо поддакивала. Потом появлялся доктор, извинялся, сообщал, что был занят разговором с тяжело больным пациентом и тоже начинал восхищаться собачкой. Потом он назначал ненужные анализы и прописывал ненужные лекарства, выдумывал особый режим дня и особую (всегда дорогую) диету. Лиля провожала пациентку до двери и желала ей поправиться. От чего?..

Перейти на страницу:

Все книги серии Еврейская сага

Чаша страдания
Чаша страдания

Семья Берг — единственные вымышленные персонажи романа. Всё остальное — и люди, и события — реально и отражает историческую правду первых двух десятилетий Советской России. Сюжетные линии пересекаются с историей Бергов, именно поэтому книгу можно назвать «романом-историей».В первой книге Павел Берг участвует в Гражданской войне, а затем поступает в Институт красной профессуры: за короткий срок юноша из бедной еврейской семьи становится профессором, специалистом по военной истории. Но благополучие семьи внезапно обрывается, наступают тяжелые времена.Семья Берг разделена: в стране царит разгул сталинских репрессий. В жизнь героев романа врывается война. Евреи проходят через непомерные страдания Холокоста. После победы в войне, вопреки ожиданиям, нарастает волна антисемитизма: Марии и Лиле Берг приходится испытывать все новые унижения. После смерти Сталина семья наконец воссоединяется, но, судя по всему, ненадолго.Об этом периоде рассказывает вторая книга — «Чаша страдания».

Владимир Юльевич Голяховский

Историческая проза
Это Америка
Это Америка

В четвертом, завершающем томе «Еврейской саги» рассказывается о том, как советские люди, прожившие всю жизнь за железным занавесом, впервые почувствовали на Западе дуновение не знакомого им ветра свободы. Но одно дело почувствовать этот ветер, другое оказаться внутри его потоков. Жизнь главных героев книги «Это Америка», Лили Берг и Алеши Гинзбурга, прошла в Нью-Йорке через много трудностей, процесс американизации оказался отчаянно тяжелым. Советские эмигранты разделились на тех, кто пустил корни в новой стране и кто переехал, но корни свои оставил в России. Их судьбы показаны на фоне событий 80–90–х годов, стремительного распада Советского Союза. Все описанные факты отражают хронику реальных событий, а сюжетные коллизии взяты из жизненных наблюдений.

Владимир Юльевич Голяховский , Владимир Голяховский

Биографии и Мемуары / Проза / Современная проза / Документальное

Похожие книги

Мао Цзэдун
Мао Цзэдун

Мао Цзэдун — одна из самых противоречивых фигур в РјРёСЂРѕРІРѕР№ истории. Философ, знаток Конфуция, РїРѕСЌС', чьи стихи поражают СЃРІРѕРёРј изяществом, — и в то же время человек, с легкостью капризного монарха распоряжавшийся судьбами целых народов. Гедонист, тонкий интеллектуал — и политик, на совести которого кошмар «культурной революции».Мао Цзэдуна до СЃРёС… пор считают возвышенным гением и мрачным злодеем, пламенным революционером и косным догматиком. Кем же РІСЃРµ-таки был этот человек? Как жил? Как действовал? Что чувствовал?Р'С‹ слышали о знаменитом цитатнике, сделавшем «товарища Мао» властителем СѓРјРѕРІ миллионов людей во всем мире?Вам что-РЅРёР±СѓРґСЊ известно о тайных интригах и преступлениях великого Председателя?Тогда эта книга — для вас. Потому что и поклонники, и противники должны прежде всего Р—НАТЬ своего РЈР§Р

Борис Вадимович Соколов , Филип Шорт , Александр Вадимович Панцов , Александр Панцов

Биографии и Мемуары / Документальное
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары