Читаем Это Америка полностью

— Саша пережил тут большую ломку. Хотя в Саранске он учился в медицинском, здесь его не хотели принимать без колледжа. Он впал в депрессию, мы за него даже волновались. В конце концов ему удалось поступить в небольшой институт на острове Гренада. Но он очень изменился, очень.

В это время к Глинским зашли на чай их молодые друзья — Борис и Лена Лившицы. В Москве Борис был хирургом, пульмонологом, тоже защитил кандидатскую. Евсей предложил Лиле:

— Вот, поговори с Борисом. Он один из немногих, кому удалось попасть в хирургическую резидентуру. Расспроси, как он устроился.

Борис казался усталым и вялым, все время прикрывал глаза. Услышав слова Евсея, тяжело вздохнул:

— Я после ночного дежурства, совсем не спал. Какая жизнь у хирурга в резидентуре?.. Да никакой жизни нет! Сумасшедшая физическая и психологическая нагрузка: работаем по 12–14 часов в день, начинаем в 6 утра, ассистируем на операциях каждый день по 6–8 часов подряд. Кроме этого мы должны дежурить каждую вторую или третью ночь, а после дежурств еще работать целый день.

От такого описания у Лили все шире распахивались глаза. Жена Бориса стала сердито жаловаться:

— Хирургическая резидентура — это какое-то издевательство над людьми! Вы видите, какой он измученный? Иногда на него просто страшно смотреть. Я серьезно опасаюсь за его здоровье.

Глинский слушал их с хитрой улыбкой, потом вставил: Я советую Лиле идти в другую резидентуру.

— Да — да, — подхватила Лена, — даже не думайте идти в хирургию. Вы не вынесете.

Гости выпили чай и ушли, а Глинский вызвался отвезти Лилю с Лешкой до сабвея на машине. В машине Лиля сидела грустная, переживая все услышанное. Неужели придется менять специальность? Какие есть у нее навыки, чтобы ею заинтересовались? Единственное, что она хорошо знает и умеет, — это илизаровский метод. Но в Америке наверняка делают что-то подобное. А то, что она услышала об их сыне Саше, взволновало ее еще больше — что будет здесь с Лешкой?..

26. Лиля находит работу

Мисс Рэйчел Коэн из НАЯНЫ вызвала Лилю к себе:

— Нам звонил доктор де Пуаз из своего офиса и просил рекомендовать кого-нибудь для работы ассистентом. Я сказала, что вы доктор и ищете работу, и он приглашает вас прийти завтра на аппойнтмент. Он платит неплохо, правда, не дает benefits.

Лиля вспыхнула от радости, заволновалась, но потом спросила:

— А что такое benefits?

— Ну, пособие. В случае найма на работу — медицинская страховка, отпуск, оплата дней по болезни, выплаты в пенсионный фонд.

«Боже, какие бенефиты, взяли бы на работу и платили!» — подумала Лиля. Весь день она волновалась, а когда наконец пришел Лешка, кинулась к нему:

— У меня аппойнтмент с американским доктором, может, я получу работу.

Он обрадовался за мать и в свою очередь гордо сказал:

— А я тоже сегодня работал. Проходил возле магазина электротоваров, засмотрелся на витрину, а там стоял грузовик с большими картонными коробками. Менеджер предложил помочь разгрузить за двадцать пять долларов. А в коробках большие холодильники, тяжелые. Ну, я постарался, а он сказал, чтобы я приходил еще помогать. Будут платить.

«Ну, вот… Сын стал грузчиком, как когда-то давно его дед, — подумала Лиля. — Что ж, пусть пробивается».

Они вдвоем нашли по плану города адрес доктора — 12 East 67th Street… Лешка даже присвистнул:

— Мам, это же на Пятой авеню, в самом богатом районе, где миллионеры живут.

Ночью Лиля плохо спала, волновалась, утром надела голубой костюм, который приносил ей удачу. Лешка твердо сказал:

— Я пойду с тобой.

— Если хочешь. Но я должна разговаривать с доктором одна.

Лиля видела, что он волнуется за нее, и была тронута. Они шли через Центральный парк, и по дороге она повторяла в уме, что и как будет отвечать доктору. Летняя красота парка, пышная зелень, цветы, пенье птиц — все вокруг придавало бодрости. Пройдя парк насквозь, они вышли на Пятую авеню, цитадель богатства, и подошли к старому трехэтажному особняку с лепными украшениями. У входа с массивной дверью висела медная табличка: Robert De Poise, M. D. Лиля перевела дыхание, позвонила и вошла.

Лешка ждал целый час, прогуливаясь перед домом взад-вперед, рассматривал машины, проезжавшие мимо: много, очень много дорогих марок. Ясно, какие люди живут здесь. Это заставляло его волноваться еще больше. Наконец дверь отворилась, и Лиля выскочила на улицу с улыбкой:

— Лешенька, доктор взял меня на работу!

— Это здорово!

— Знаешь, он старенький, ему лет восемьдесят, но еще бодрый. Он расспрашивал, а я напрягала все свои силы и все время повторяла себе: эта работа мне нужна, чтобы нам выжить! И меня как прорвало — я говорила с ним свободно как никогда. Он француз, давно живет здесь, по — английски говорит с акцентом. Я сказала ему несколько слов по — французски, он удивился, обрадовался и сразу сказал, что берет меня ассистентом. Работа с девяти до пяти, с перерывом на час. Начинать нужно прямо завтра, он объяснил мне, что я должна делать.

— Мам, а платить-то сколько будут?

Лиля рассмеялась:

Перейти на страницу:

Все книги серии Еврейская сага

Чаша страдания
Чаша страдания

Семья Берг — единственные вымышленные персонажи романа. Всё остальное — и люди, и события — реально и отражает историческую правду первых двух десятилетий Советской России. Сюжетные линии пересекаются с историей Бергов, именно поэтому книгу можно назвать «романом-историей».В первой книге Павел Берг участвует в Гражданской войне, а затем поступает в Институт красной профессуры: за короткий срок юноша из бедной еврейской семьи становится профессором, специалистом по военной истории. Но благополучие семьи внезапно обрывается, наступают тяжелые времена.Семья Берг разделена: в стране царит разгул сталинских репрессий. В жизнь героев романа врывается война. Евреи проходят через непомерные страдания Холокоста. После победы в войне, вопреки ожиданиям, нарастает волна антисемитизма: Марии и Лиле Берг приходится испытывать все новые унижения. После смерти Сталина семья наконец воссоединяется, но, судя по всему, ненадолго.Об этом периоде рассказывает вторая книга — «Чаша страдания».

Владимир Юльевич Голяховский

Историческая проза
Это Америка
Это Америка

В четвертом, завершающем томе «Еврейской саги» рассказывается о том, как советские люди, прожившие всю жизнь за железным занавесом, впервые почувствовали на Западе дуновение не знакомого им ветра свободы. Но одно дело почувствовать этот ветер, другое оказаться внутри его потоков. Жизнь главных героев книги «Это Америка», Лили Берг и Алеши Гинзбурга, прошла в Нью-Йорке через много трудностей, процесс американизации оказался отчаянно тяжелым. Советские эмигранты разделились на тех, кто пустил корни в новой стране и кто переехал, но корни свои оставил в России. Их судьбы показаны на фоне событий 80–90–х годов, стремительного распада Советского Союза. Все описанные факты отражают хронику реальных событий, а сюжетные коллизии взяты из жизненных наблюдений.

Владимир Юльевич Голяховский , Владимир Голяховский

Биографии и Мемуары / Проза / Современная проза / Документальное

Похожие книги

Мао Цзэдун
Мао Цзэдун

Мао Цзэдун — одна из самых противоречивых фигур в РјРёСЂРѕРІРѕР№ истории. Философ, знаток Конфуция, РїРѕСЌС', чьи стихи поражают СЃРІРѕРёРј изяществом, — и в то же время человек, с легкостью капризного монарха распоряжавшийся судьбами целых народов. Гедонист, тонкий интеллектуал — и политик, на совести которого кошмар «культурной революции».Мао Цзэдуна до СЃРёС… пор считают возвышенным гением и мрачным злодеем, пламенным революционером и косным догматиком. Кем же РІСЃРµ-таки был этот человек? Как жил? Как действовал? Что чувствовал?Р'С‹ слышали о знаменитом цитатнике, сделавшем «товарища Мао» властителем СѓРјРѕРІ миллионов людей во всем мире?Вам что-РЅРёР±СѓРґСЊ известно о тайных интригах и преступлениях великого Председателя?Тогда эта книга — для вас. Потому что и поклонники, и противники должны прежде всего Р—НАТЬ своего РЈР§Р

Борис Вадимович Соколов , Филип Шорт , Александр Вадимович Панцов , Александр Панцов

Биографии и Мемуары / Документальное
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары