Читаем Это Америка полностью

На второй день они много гуляли по улицам, любовались строениями из желтоватого иерусалимского камня, буквально влюбились в особый аромат Иерусалима. Хорошее настроение Лили все улучшалось — впереди была поездка по всей стране. Они взяли в аренду машину и за пять дней проехали всю страну с севера на юг. Один день они провели в Тиберии, на севере, полюбовались озером Кинерет. Из Тиберии поехали через всю страну на юг — на Красное море. Дорога шла через палестинскую территорию. Израильтяне редко по ней ездили, потому что бывали случаи, когда палестинские юнцы бросали камни в машины с израильскими номерами. Но другая дорога была намного длинней, и Алеша решил поехать по этой, прямой, не предупредив о возможной опасности Лилю. Он задумал сюрприз.

Они ехали вдоль реки Иордан, слева за кустами и деревьями виднелась неширокая вода. В стороне Алеша увидел малозаметный знак на фанере с надписью: «Место крещения Иисуса Христа». Других машин здесь не было, значит, палестинцев вокруг нет. Алеша решил свернуть с дороги.

— Куда это мы заехали? — Лиля не заметила знака и удивилась.

Через невысокий кустарник они по пешеходной дорожке подошли близко к воде. Река Иордан узкая и мелководная, в этом месте она слегка отклонилась влево и создала небольшую лагуну. На столбе был знак: «Место крещения Иисуса Христа».

— Теперь видишь, куда мы приехали? — хитро спросил Алеша.

Лиля задумчиво смотрела на воду, а он рассказывал:

— По легенде родственник Иисуса Иоанн именно на этом самом месте проповедал скорое пришествие посланца Бога Мессии. Он предлагал всем покаяться в грехах и зайти в воду для очищения. Это очищение потом назвали «крещением», а Иоанна — Крестителем. Сюда пришел и Иисус, и Иоанн побрызгал на него и возвестил его Мессией. И тогда Иисус услышал голос, сказавший ему, что он — сын Божий. История с крещением, может быть, и миф, но этот вроде бы незначительный эпизод лег в основу христианства — самой распространенной религии мира. В те времена образование новой религиозной секты было вполне ординарным событием. Если учесть исторические события и религиозную атмосферу того времени, ясно, что никаких особых причин для возникновения этой секты не было. Но этот незначительный факт оказался тем маленьким зерном, которое упало на почву грядущего, — родилось христианство.

* * *

Впереди их ждали два дня отдыха в Эйлате на Красном море. В январе стояла жара, на пляжах была масса народа. Общее внимание привлекали молодые высокие блондинки из Скандинавии. Их стройные фигуры в бикини, а то и топлесс, возбуждали воображение мужчин. Они заигрывали, бросали на мужчин призывные взгляды, Алеша тоже удостоился их внимания и теперь смотрел им вслед. Это очень насмешило Лилю.

— Заглядываешься на блондинок? — поддразнивала она мужа.

— Ничего я не заглядываюсь, так просто, смотрю от нечего делать.

— Это тебе не миф, а реальность из красивой плоти и жаркой крови, — смеялась Лиля.

Ночью из открытого окна их обдувал теплый бриз, пахло морем и цветами. Лиля приставала к Алеше с нежностями:

— Алешка, ну представь, что я тоже стройная молодая блондинка. Ласкай меня, как ласкал бы одну из них.

Никогда Алеша не видел Лилю такой требовательной в ласках. Потом он даже спросил:

— Лилечка, что это с тобой случилось? Ты была такая странная…

— Удивляешься? Алешенька, наверное, я так переживаю свой возрастной кризис, вторая молодость у меня началась.

* * *

Из Эйлата они ехали вдоль Мертвого моря, остановились на день в гостинице на берегу и сразу поспешили в море. Лиля переворачивалась в воде с боку на бок, как в мягкой постели, и весело щебетала:

— Алешка, как же я счастлива, что мы побывали в Израиле! Такой веселой я давно не была. Просто чудесно!..

Алеша лежал в воде на спине и на вытянутых руках спокойно держал справочник.

— Вон там, — он указал на высокий массив вдали, — гора Масада, легендарная крепость еврейских героев зилотов периода Иудейской войны.

— Еще один миф?

— Не миф, а героическая история, но настолько необычная, что действительно похожа на миф.

Вечером к ним неожиданно приехал Миша Цалюк:

— Я решил, что должен сам показать вам гордость еврейского народа — Масаду.

Утром они пешком поднялись по крутому подъему на вершину. Миша рассказывал:

Перейти на страницу:

Все книги серии Еврейская сага

Чаша страдания
Чаша страдания

Семья Берг — единственные вымышленные персонажи романа. Всё остальное — и люди, и события — реально и отражает историческую правду первых двух десятилетий Советской России. Сюжетные линии пересекаются с историей Бергов, именно поэтому книгу можно назвать «романом-историей».В первой книге Павел Берг участвует в Гражданской войне, а затем поступает в Институт красной профессуры: за короткий срок юноша из бедной еврейской семьи становится профессором, специалистом по военной истории. Но благополучие семьи внезапно обрывается, наступают тяжелые времена.Семья Берг разделена: в стране царит разгул сталинских репрессий. В жизнь героев романа врывается война. Евреи проходят через непомерные страдания Холокоста. После победы в войне, вопреки ожиданиям, нарастает волна антисемитизма: Марии и Лиле Берг приходится испытывать все новые унижения. После смерти Сталина семья наконец воссоединяется, но, судя по всему, ненадолго.Об этом периоде рассказывает вторая книга — «Чаша страдания».

Владимир Юльевич Голяховский

Историческая проза
Это Америка
Это Америка

В четвертом, завершающем томе «Еврейской саги» рассказывается о том, как советские люди, прожившие всю жизнь за железным занавесом, впервые почувствовали на Западе дуновение не знакомого им ветра свободы. Но одно дело почувствовать этот ветер, другое оказаться внутри его потоков. Жизнь главных героев книги «Это Америка», Лили Берг и Алеши Гинзбурга, прошла в Нью-Йорке через много трудностей, процесс американизации оказался отчаянно тяжелым. Советские эмигранты разделились на тех, кто пустил корни в новой стране и кто переехал, но корни свои оставил в России. Их судьбы показаны на фоне событий 80–90–х годов, стремительного распада Советского Союза. Все описанные факты отражают хронику реальных событий, а сюжетные коллизии взяты из жизненных наблюдений.

Владимир Юльевич Голяховский , Владимир Голяховский

Биографии и Мемуары / Проза / Современная проза / Документальное

Похожие книги

Мао Цзэдун
Мао Цзэдун

Мао Цзэдун — одна из самых противоречивых фигур в РјРёСЂРѕРІРѕР№ истории. Философ, знаток Конфуция, РїРѕСЌС', чьи стихи поражают СЃРІРѕРёРј изяществом, — и в то же время человек, с легкостью капризного монарха распоряжавшийся судьбами целых народов. Гедонист, тонкий интеллектуал — и политик, на совести которого кошмар «культурной революции».Мао Цзэдуна до СЃРёС… пор считают возвышенным гением и мрачным злодеем, пламенным революционером и косным догматиком. Кем же РІСЃРµ-таки был этот человек? Как жил? Как действовал? Что чувствовал?Р'С‹ слышали о знаменитом цитатнике, сделавшем «товарища Мао» властителем СѓРјРѕРІ миллионов людей во всем мире?Вам что-РЅРёР±СѓРґСЊ известно о тайных интригах и преступлениях великого Председателя?Тогда эта книга — для вас. Потому что и поклонники, и противники должны прежде всего Р—НАТЬ своего РЈР§Р

Борис Вадимович Соколов , Филип Шорт , Александр Вадимович Панцов , Александр Панцов

Биографии и Мемуары / Документальное
Лобановский
Лобановский

Книга посвящена выдающемуся футболисту и тренеру Валерию Васильевичу Лобановскому (1939—2002). Тренер «номер один» в советском, а затем украинском футболе, признанный одним из величайших новаторов этой игры во всём мире, Лобановский был сложной фигурой, всегда, при любой власти оставаясь самим собой — и прежде всего профессионалом высочайшего класса. Его прямота и принципиальность многих не устраивали — и отчасти именно это стало причиной возникновения вокруг него различных слухов и домыслов, а иногда и откровенной лжи. Автор книги, спортивный журналист и историк Александр Горбунов, близко знавший Валерия Васильевича и друживший с ним, развенчивает эти мифы, рассказывая о личности выдающегося тренера и приводя множество новых, ранее неизвестных фактов, касающихся истории отечественного спорта.

Александр Аркадьевич Горбунов

Биографии и Мемуары