Читаем Этаж шутов полностью

– Сразу же после того, как Ее Величество изволила отобедать с немецким и французским послами, Васю пригласили в личные покои императрицы. Августейшая государыня и вельможный господин Иоганн Бирон попросили его изобразить обезьяну за ловлею блох. Вася изобразил. Ее Величество от души посмеялась, а вельможный Иоганн Бирон наградил его носовым платком с личным вензелем. Это добрый знак!

– Добрый, добрый… – пробормотал Пастухов. – Приятно слышать хорошие вести, да от верного человека! Сегодня воистину мой день!

Пастухов ликовал, а придя домой, шумно хвастался перед Евдокией, торжествуя победу. Она же, как женщина рассудительная, посоветовала ему незамедлительно пойти вместе с ней в церковь и поставить свечку перед образом Божьей Матери, заступницы не только всех людей, но особенно калек и юродивых.

Обитатели этажа шутов, куда Вася отправился сразу же после устроенного ему испытания, встретили его сдержанно. Прошел слух, что появление соперника по ремеслу повлечет за собой перемены. Забавники государыни жили под самой крышей дворца, задыхаясь от духоты. Собравшись за общим столом у большого блестящего самовара, они сейчас пили чай с баранками. Бок о бок сидели отобранные царицей заики, горбатые, кособокие, безрукие, безногие, страдающие тиком и косоглазые. Казалось, каждый из них гордился своим уродством и боялся быть превзойденным. Новичка пригласили к столу и стали жадно расспрашивать о встрече с царицей. Как встреча прошла? Смеялась ли государыня, когда он гримасничал? Как смеялась и долго ли? Что на прощанье сказала? Что сказал Бирон? И не мог ли Вася показать носовой платок, полученный от Бирона? Казалось, что любопытству шутов не будет конца. Особенно изощрялся и не стеснялся в вопросах один одноногий с жабьим лицом, по кличке Пузырь, вероятно, главный на этаже. Кончилось тем, что Вася выложил все.

– Я царице понравился! «Из тебя получится настоящий шут, – сказала она. – Однако изображать обезьяну, петь петухом, мяукать и лаять умеют другие и делают это лучше тебя. Постарайся придумать свое! Я уверена, что ты найдешь что-нибудь позанятней!»

– Поразительно! – хлопнул себя по ляжкам Пузырь, призывая весь стол в свидетели. – Одно и то же говорить каждому! Ее Величество сначала радует новичка, а потом выставляет вон.

– Ну и пусть! Мне все равно! Скажу по секрету, лучше бы я ей не подошел.

Обезображенный заячьей губой косоглазый коротышка ухмыльнулся:

– Поначалу все так думают, однако те, кто вынужден был оставить дворец, потешив себя мечтой о службе возле царицы, потом ругали себя за то, что не сумели здесь удержаться.

– Уж так ли приятно жить подвешенными на чердаке в ожидании ее приказов? – усмехнулся Вася.

– Не просто приятно – божественно! – воскликнул Пузырь. – Конечно, ежели приспособишься.

– К чему?

– К службе шута. Придворный шут должен быть в постоянной готовности. У царицы может приспеть нужда посмеяться днем на парадном обеде, не то ночью, когда все спят. Так что приготовься днем прыгать вокруг стола, а ночью вскакивать и, скатившись по лестнице, мчаться в опочивальню Ее Величества, потому что ей привиделся нехороший сон. Если ты ей об эту пору «покажешься» и сумеешь развлечь, она зевнет, потянется и, наградив тебя дружеской оплеухой, отошлет досыпать. Кроме этих маленьких встрясок, у тебя не будет иных забот. Развлекайся ловлею мух, а не то ковыряйся в носу. Служба шута самая легкая и выгодная, да к тому же весьма почитаема на Руси. Но не все к ней годятся. Таких, как мы, мало.

– Что же я должен делать?

– Уцепиться покрепче и продержаться подольше. Кстати, поскольку ты мне понравился, хочу тебя сразу же остеречь. Не обольщайся! Наградив сегодня улыбкой, царица завтра может тебе указать на дверь. Ей одинаково нравится как смеяться, так и карать тех, кто ее смешит. Может быть, даже для тех, кто ей больше нравится, изощреннее кара!

– Да, особа поистине странная!

– Это не просто особа, это – царица, – поправил Пузырь, – скоро ты это почувствуешь на собственной шкуре. Сегодня же начинай кривляться! Поверь мне, так надо. Кривляйся, что бы там ни случилось! Даже когда тебе плохо. Особенно когда плохо!

Стукнув для убедительности по столу кулаком, Пузырь разразился смехом. Шуты буйно поддержали товарища, излив свою горечь ударами множества кулаков. Зазвенели ложки в стаканах и чашках – словно вихрь пронесся по комнате. Все было необычным для Васи в этом веселом содоме. Он снова задал вопрос:

– А чем, по-вашему, сейчас занимается государыня?

– Пьет чай, как и мы, если только Бирон не выставил водку!

– Не последовать ли и нам примеру Бирона?

– На нашем этаже водка положена лишь к обеду. Иногда, правда, разживаемся у гофмейстера и в иное время. За особую плату и с условием, чтобы государыня не учуяла запаха.

– Она что, вас обнюхивает?

– Случается! Для проверки! Впрочем, она сама пристрастилась пить водку с Бироном, чтобы подготовиться к ночи. Горничные говорят, что она ненасытна в постели, ей всегда мало. Она озабочена этим.

Пузырь помолчал, потом, придвинувшись к Васе, доверительно зашептал: