В холодильнике продуктов было достаточно, но Андрею хотелось поесть горячего. Не слушая возражений Полины, он отправился в столовую и попросил у официантки, которая их обслуживала, ужин на двоих, аргументировав свою просьбу тем, что не обедал, проспал, а теперь ждет в гости земляка. Он из другого города приедет. С дороги и ему горячее не помешает.

— Нет проблем, — успокоила его официантка, умело расставила тарелки на подносе, накрыла их белой салфеткой и напомнила, чтобы не забыл вернуть посуду.

Добавив к сервировке стола кое-что из холодильника, Андрей и Полина неторопливо ужинали; чай пить не стали, а занялись любовью. Когда потом отдыхали, усталые, расслабленные. Андрей, умиленно глядя на притихшую Полину, лежавшую на его руке, спросил:

— Что же ты хотела сообщить интересного? Сколько можно человека испытывать?

— А я и не испытываю. Просто ждала подтверждения.

— Какого подтверждения?

— Когда, где и в какое время!

— Что такое?

— День рождения у подруги. Есть кое-что и еще. Но не все сразу, — пояснила она, решив окончательно про свою беременность не говорить Андрею до дня его отъезда. Иначе на радостях соберет опять друзей-земляков, чтобы, как и положено, обмыть такое важное событие в жизни. Одним днем, можно не сомневаться, тут не обойдется. Пусть будет трезвым до отъезда. Вслух, улыбаясь, спросила: — Пойдешь? Я не идти не могу. Но мне хочется с тобой.

— А почему бы и нет? Куда ты — туда и я. Но ведь там надо выпивать? Иначе нас не поймут. Кстати, когда торжество намечается?

— Послезавтра.

— Милая моя, а через несколько дней мне улетать. — Не сговариваясь, они прильнули друг к другу, обнялись и долгое время лежали молча, стараясь не думать о дне отъезда, когда снова предстоит разлучиться на год, возможно больше, не исключено даже, что и навсегда.

«Интересно, как Андрей поведет себя, если сказать ему о беременности? Вдруг наберется смелости — и останется? — мучилась Полина в догадках. — Нет, вдруг не получится. В любом случае ему необходимо домой возвращаться, чтобы там решить все, что касается работы, семьи и, возможно, вопроса о разводе. А о нем он пока не заговаривал еще ни разу. Может, повода не было? И вот теперь дать ему этот повод: сказать о беременности?» Но поделиться с ним такой новостью прямо сейчас она не отважилась, решив сделать это в последний день.

И вот это время подошло. Аэропорт находился от Лисентуков далековато, но сообщение было налажено хорошее, и Полина решила побыть с Андреем до самого его отлета.

Закончив необходимые формальности — регистрацию билета, взвешивание багажа, — они выбрали укромное местечко в углу, напротив выхода на посадку. И молча стояли, взявшись за руки и глядя в глаза друг другу, с удовольствием вспоминая прошедший день рождения подруги и все остальное, что их связывало, что пережили за время пребывания Андрея в санатории. Но были в голове у каждого уже и другие мысли, сугубо индивидуальные, связанные с завтрашним днем и всеми последующими за ним.

Услышав объявление, что на рейс номер 7489 начинается посадка, Андрей первым нарушил затянувшуюся паузу: подняв с пола портфель и прикоснувшись к щеке Полины, спросил:

— А ты мне хотела сообщить еще какую-то новость. Говори, пока не поздно. — И прижался вместе с ней к решетке, уступая дорогу хлынувшей к автопоезду толпе.

— Я беременна, — тихо сказала Полина, касаясь губами уха Андрея.

Не предполагавший, что такой нерядовой будет ее новость, Андрей от неожиданности выронил портфель из рук и, лишившись дара речи, растерянно хлопал ресницами. В голове его вместе с радостной новостью возникало великое множество очень непростых вопросов.

А между тем помещение освободилось от пассажиров: через какое-то мгновение автопоезд повезет их к самолету. Времени для эмоций совсем не оставалось, и Андрей, понимая это, заторопился:

— Милая, что же ты не сказала раньше?

— Я ждала подтверждения. Теперь оно есть.

— Ну и прекрасно!

Андрей обнял Полину, крепко поцеловал и, чувствуя на губах ее слезы, рванулся к закрывающейся двери автопоезда, медленно начавшего совершать разворот в сторону летного поля.

Уже в салоне его, поставив портфель между ног, Андрей облегченно вздохнул то ли от радостного сообщения Полины о ее беременности, то ли оттого, что успел и не отстал от пассажиров своего рейса.

А потом, уже в самолете, сидя у окна, он с болью смотрел на заснеженные горы, за которыми оставалась его любимая женщина, которая должна стать в будущем году матерью его ребенка. Лицо его горело. В ушах то пропадал, то возникал какой-то шум, но мысли работали беспрестанно, пытаясь решить великое множество вопросов.

Но вопреки самым трудным из них, постепенно набирая силу, преобладающими стали мечты о здоровом, крепком мальчугане — мечте его жизни. Наконец они захватили Андрея полностью, как и в тот год, когда его жена должна была родить ему второго ребенка, но сделала аборт.

Глава 2