Читаем «Если», 2015 № 05 полностью

Тяжкий, низкий гул вывел Инея из задумчивости. В россыпи взлетных огней над космодромом восходил грузовик. Вот двигатели заработали в полную силу. Над поселком пронесся теплый ветер. Башня затряслась под напором освобожденной мощи. Корабль — вот что ему нужно! Это ли не шаг по пути людского свершения? Но ведь корабль уже есть! До него нужно только добраться. Когда стемнело, Иней вернулся домой. Хозяйки на месте не было. Только плыл по комнате резкий дурманящий запах духов, которые Бренди называла «абордажными». Он сразу прошел к визору, включился в сеть и принялся изучать модели кораблей, читать о звездных перелетах и освоении космоса.

Периферия развивалась благодаря деятельности множества частных компаний. Они торговали тем и этим, забредая и на внутренний рынок.

Но кроме торговли было в людях еще что-то неуловимое, странное. Желание идти дальше, в неизвестность, к страхам и безмолвию, заполнять ее своей смешной, суетливой жизнью. Тут Иней неожиданно понял: вся совокупность людей на всех планетах, их неуемное движение вовне — это тоже свершение. Огромное, неохватное, растянутое на тысячелетия. Осознав это, он заплакал.

* * *

Бренди пришла под утро. От женщины пахло потом и алкоголем. Волосы спутались, на щеках проступили темные пятна.

— Иней! Иней, черт тебя дери, дай мамочке воды! Опять пялился в компьютер всю ночь?

Иней налил в стакан воды и передал Бренди. Та жадно осушила его, откашлялась, сплюнула и потребовала еще. Потом ходила по комнате, материлась, ругая незнамо кого, без цели поднимая и бросая вещи. Обычно Бренди быстро успокаивалась и ложилась спать, но сегодня что-то было не так.

Наконец, она села на краешек табурета и разрыдалась, уткнув локти в колени, обтянутые сеткой чулок.

— Один клиент! За всю ночь, один чертов клиент! И тот согласился только за полцены. Я старая! Уродливая старуха-давалка! Иней, сынок, скажи, я — старая?

— Старая? — неуверенно переспросил Иней.

— Что? Да как ты смеешь, неблагодарный! — Бренди вскочила, бросилась на него, залепила пощечину. Иней с любопытством и недоумением следил за ее истерикой.

— Это я-то старая? Да, старая! Ну и что с того? В Веселой гавани любой кобель был моим! Они мимо пройти не могли. Ясно тебе? Вам мужикам много не нужно… — Она странно посмотрела на него, подошла вплотную, так что запах алкоголя многократно усилился, принялась расстегивать коричневый комбинезон грузчика. — Ты ведь тоже такой, да? Ты ведь тоже… — рука Бренди скользнула вниз. Она мяла и массировала, массировала и мяла. Это длилось, и длилось, и длилось, покуда на кровати не осталось живого места. Бренди лежала неподвижно и смотрела на желтоватый в трещинах потолок.

— Боже, — наконец простонала она, — я и не знала, что так бывает. Трахалась чаще, чем сморкалась, и не знала. Откуда… Откуда ты взялся на мою голову?

Иней махнул рукой в направлении скал. Однако женщина истолковала его жест иначе.

— С неба? Конечно ты с неба. Откуда бы еще? В этой дыре ничего хорошего родиться не может. Я ведь местная, знаешь. Дерьмо к дерьму. Грязь к грязи. Так ведь положено, да? Но ты… ты — другое дело. Идеальный мужчина, — она погладила его по щеке. — Совершенство!

* * *

— Совершенство? Так и сказала? — Старичок ухмыльнулся и покачал головой. — Вот что я тебе скажу, братишка, бабам верить нельзя! Они не то чтобы врут, понимаешь? Просто думают наизнанку. Вот сегодня ты — совершенство, а завтра — неблагодарная скотина с низкой зарплатой. Помяни мое слово. Так и будет.

После обеда все двигались медленно. Многих одолевала сонливость. Иней, разъезжая вдоль причалов на своем погрузчике, видел в тени под днищем корабля укрывшихся от жары техники. Им бы управлять манипуляторами ремонтного фрейма, чинить поврежденный стабилизатор. Но нет — расслабились. Отсоединенная от корпуса, изогнутая стойка болтается в железных лапах фрейма, но дело не идет.

Разглядывая техников, Иней слегка замешкался и чуть не снес конторку экспедитора, однако в последний момент успел выправить неуклюжий погрузчик.

— Вы опоздали, — сразу же заявил экспедитор, — вот журнал несоответствий, распишитесь и укажите свой трудовой номер.

— Погоди-погоди. Чего пылишь, Робертыч? — к ним подошел Старичок, — Парень только заступил, да и обед еле закончился. Всё доставлено, груз в порядке. Давай по-людски, друг?

— Специи должны были оказаться в трюме пятнадцать минут назад, — не уступал экспедитор, — капитан такого не одобряет.

— Да ладно тебе суровость наводить. Сейчас все завезем и поставим в лучшем виде. Пока стабилизатор не замастрячат, вам так и так здесь куковать.

— На что вы меня подписываете? — поднял брови суровый Робертыч, но видно было, что он уже смягчился.

— Слушай-ка чо скажу, — Старичок наклонился к уху экспедитора и принялся что-то рассказывать шепотом. Иней расслышал только что-то вроде «жарил без перерыва» и «изнурил до потери пульса». После рассказа Старичка экспедитор совсем потеплел, заулыбался и, наконец, махнул рукой.

— Бог с вами — завозите. Акт подпишем позже.

Иней уже двинулся к погрузчику, как вдруг экспедитор гаркнул: «Берегись!»