Читаем «Если», 2009 № 05 полностью

— Думаешь, станция имеет какое-то отношение к «Дигнити»? — спрашивает он.

— Не знаю, — честно признаюсь я. — Такая вероятность существует. Но меня тревожат предрассудки.

— Да, — сухо роняет он. — Это я помню. Укол попадает в цель.

— Я могу и ошибаться, — оправдываюсь я. — И предрассудки по-своему необходимы. Знаю только, что я отношусь к этой работе так же ответственно, как к любому дайвингу, а для этого мне нужна лучшая команда.

— Надеюсь, ты понимаешь, что шансы погибнуть в этой экспедиции очень высоки? — спрашивает он.

— Да.

Я сглатываю. Возможно, эта участь выпадет мне. Карл вздыхает. Он явно обдумывает предложение. Мы еще не обсуждали сумму. Наверняка деньги для него ничего не значат.

— Что ты будешь с этого иметь? — интересуется он. — Примирение с отцом?

Я качаю головой.

— Мне ничего от него не нужно.

— И все же ты берешь его с собой. Это может с самого начала скомпрометировать нас.

Мне нравится слово «нас». Такого я не ожидала. Но не показываю ему, что заметила.

— Знаю, — киваю я. — Мне нужна помощь, чтобы свести к минимуму контакты с ним.

— А твоя мать? Ее история тогда потрясла вас с отцом. Но ты же сама учила нас, что дайверы не должны быть эмоциональными.

И все же наш последний дайвинг был полон переживаний. Мы пытались достать тело и не смогли. Нас обоих это просто раздавило.

— Знаю, — вновь говорю я.

— Если я соглашусь, значит, буду руководить всем, — ставит он условие.

Я застываю на месте.

— Но тогда это уже не будет моей экспедицией, — еле слышно выговариваю я.

— Я руковожу дайвингом. И всем, что имеет отношение к Комнате. Если я прикажу улетать, мы улетаем. Если я прикажу оставить кого-то, мы его оставляем.

Я прикусываю губу.

— Брось, Босс, — усмехается он, называя меня старым прозвищем. — Ты ведь не зря вербуешь меня. Я единственный, кто годится для работы в космосе, и единственный, к кому ты прислушиваешься. И знаешь: если я прикажу убираться, то буду прав.

До меня вдруг доходит, что до этой секунды я задерживала дыхание. И только теперь позволяю себе расслабиться. Он действительно прав. Именно поэтому я и обратилась к нему.

Из-за того, что мы пережили вместе. Из-за того, что он куда осторожнее меня. Из-за того, что ему нечего терять. Из-за того, что ему нечего поставить на карту.

Разве что доказать мою неправоту.

— И никаких обид? — спрашиваю я.

Вот сейчас он улыбается. Только улыбка эта грустная.

— За годы, прошедшие с той экспедиции на «Дигнити», я потерял двух дайверов. Не знаю, избежал ли я твоих ошибок, но наделал собственных. Думаю, что наконец начинаю тебя понимать… Ладно, никаких обид. Я сделаю все возможное. Ради нашей миссии. Не ради Райи Треков или твоего отца. И даже не ради тебя.

Я киваю.

— Ты еще не спросил о деньгах…

— Ты ведь не поскупишься, — отмахивается он. Улыбка его становится шире. — Я всегда хотел увидеть Комнату. Самое таинственное место в этом секторе. Так что — вперед!

Сюда, как мотыльки на огонь, слетаются и гибнут бесчисленные жертвы. Комната захватывает воображение. Ведь вокруг нее столько историй!

И столько мифов.

Теперь, когда со мной Карл, я делаю вдвое больше работы. Мы вновь прослушиваем рассказы, которые ходят о Комнате, и пытаемся найти источники различных легенд. Прослеживаем историю Комнаты в наше время и с ужасом составляем список затерянных душ.

Их оказывается более пятисот, и это только те, о ком нам известно. Никто не вел учет брошенных, рассчитанных на одного пилота кораблей, найденных около станции, или людей, отправившихся в паломничество на свой страх и риск.

Наконец, я говорю Карлу, что все, усвоенное нами, не стоит потраченного времени. А он отвечает, что во всех этих историях просматривается определенная тенденция. Это прежде всего относится к потерям. Случившееся с моим отцом и его командой до мелочей повторяет то, что произошло с самым первым кораблем, пионером этого безумного паломничества.

— То же самое, — киваю я. — Если не считать той мелочи, что я все-таки вышла из Комнаты.

— Если не считать, — соглашается Карл.

Наконец нам удается сколотить команду из десяти человек, а также меня, Карла, Райи и отца.

Карл примет команду, как только мы прибудем на станцию. В пути командую я. И снова стану командиром, как только мы отправимся в обратный путь. Только когда мы причалим, когда окажемся рядом с Комнатой, руководство примет Карл.

Мы летим на «Бизнесе». Он никогда еще не был так переполнен. Мой отец занял капитанскую каюту. Я отстранила его от управления, что, должно быть, ему трудно вынести. Поэтому и возместила ему потери, отдав лучшую каюту на корабле.

У Райи — третья по рангу каюта. Моя — вторая, вместе с предназначенным для нее компьютером, на котором стоит несколько специальных программ: не хочу, чтобы кто-то смог в него заглянуть.

Команда дайверов разместилась на основной палубе, а Карл живет в единственной каюте на верхней палубе. Оттуда открывается самый лучший вид, можно сказать, весьма впечатляющий. Я хочу, чтобы он казался человеком влиятельным и настоящим капитаном еще до того, как он возьмет на себя руководство.