Читаем «Если», 2005 № 08 полностью

— Директор «Мосфильма» Карен Шахназаров в интервью нашему журналу заметил, что компьютерное оборудование у концерна одно из лучших в Европе.

— «Железку» купить несложно. Но нужны люди, которые смогут на ней работать. А вот таких людей в Москве катастрофически не хватает. У нас работают специалисты из Новосибирска, Киева, Владивостока (из того же Владивостока в свое время человек уехал в Новую Зеландию, где участвовал в работе над «Властелином Колец»).

— То есть вы разделяете тезис «Кадры решают все»?

— Если для съемок телевизионной графики достаточно хорошего компьютера, то графика для кино делается на так называемых «рендерфармах». Подобную технику не может позволить себе маленькая студия, А вот такой монстр, как «Мосфильм» — вполне.

Но пока я не вижу в нашем кино уровня графики, сопоставимого с западными образцами. За исключением отдельных моментов в «Ночном Дозоре» и сериале «Конвой РQ-17». Я могу похвастаться: в нашем фильме, там, где дело касается космоса, уровень сопоставим. А может, и лучше. И сложный пластический грим не хуже: наш герой Шидла действительно выглядит как настоящий сфинкс.

— Насколько сюжет фильма повторяет книгу?

— Режиссерский сценарий несколько отличается от литературного. Там я много всего напридумывал. Ну, например, в сценарии есть героиня Айна. У нее на руке находится некое устройство с экраном, Я подумал, что это было миллионы раз. И теперь у нее экран бионический, вживлен под кожу. Вроде оживающей татуировки. А еще зритель увидит, какую мы придумали форму мобильного телефона будущего. И множество других приспособлений.

— Это будет чисто подростковое кино или все же семейное?

— Конечно, семейное! Мы стараемся делать все так, чтобы зрителю было смешно. У нас много стеба, пародийных моментов, на ту же «Матрицу», например. Будут и смешные анахронизмы: скажем, в Древнем Египте существует бюро прогноза погоды, и представлять его будет, как и на НТВ, известный синоптик Александр Беляев.

— Учитывая ваш опыт, вы снимаете фильм в клиповой манере?

— А вы полагаете, что семейному кино это несвойственно? Тогда вспомните «Детей шпионов» или «Один дома». Хорошее кино отличается от плохого только тем, что не дает скучать. И я хочу, чтобы мое кино держало зрителя до самого финала. Мое кино — это хорошее коммерческое кино. Для массового зрителя. Вроде того же «Гладиатора», «Титаника». Арт-ха-ус — это не мое. Его, кстати, снимать гораздо легче, чем кино, способное удержать зрителя. Самое тяжелое — заставить народ смеяться или рыдать.

— Что вас привлекает в профессии режиссера?

— Люди. Иногда с такими интересными типажами судьба сводит… Ну и очень нравится все время что-то придумывать: технику, костюмы… У нас Филиппенко играет фараона, которому суждено свариться в котле. Он предложил раздеться, перед тем как прыгнуть в котел. И мы задумались: а какие у фараона должны быть трусы? Придумали! Вот такой хеппенинг, который возникает в процессе работы — это очень ценно. А кроме съемочного процесса мне еще очень нравится постпродакшн, когда садишься, начинаешь монтировать, собирать фильм по кусочкам, как паззл.

— В СМИ проходила информация, что бюджет фильма пять миллионов. А если бы бюджет был в десять раз больше, что бы вы изменили в картине?

— Мы бы не сделали лучше, мы бы сделали по-другому. Не снимали бы, например, в Египте только фоновые кадры, а поехали бы всей группой. Или взяли бы известного западного актера. Но тогда бы назначение фильма изменилось. Наш фильм — для русского рынка. А с таким бюджетом нужно делать для Запада и другой продукт. Пока же у нас с финансами все нормально: чего мы хотим — нам дают, что просим — строят.

— «Ночной Дозор» всколыхнул интерес к отечественному фантастическому и мистическому кино. Если ваш фильм окажется успешным, поднимет ли он волну интереса к нашей детской и семейной фантастике?