Читаем «Если», 2005 № 08 полностью

«Если», 2005 № 08

Юлий Сергеевич Буркин , Журнал «Если» , Владислав Анатольевич Силин , Наталия Борисовна Ипатова , Элиот Финтушел

Дорогая Мэри, — писал Ангус. — Мне очень жаль, но пришлось немного изменить созданный Вами блестящий финал. Тому есть несколько причин. Первая лежит на поверхности: я просто подумал о всех гонорарах и отчислениях, которые я НЕ получу, если позволю Гландару погибнуть. Вторая причина не столь очевидна. Дело в том, что я еще не готов убить своего героя — выдумка, фантазия нужна всем, и не только читателям, но и вашему покорному слуге… Гландар, кстати, передает Вам свои наилучшие пожелания и просит Вас извинить его за то, что он невольно споспешествовал мне в той небольшой мистификации или розыгрыше (назовите как хотите) объектом которого были Вы, Мэри.

Да-да, Мэри, все это затевалось почти исключительно ради Вас. Теперь я могу признаться, что в день, когда я Вас встретил, я уже знал, что Вы умны, что Вы любите книги и что у Вас есть собственные идеи. Впрочем, я бы все равно понял это, даже если бы накануне интервью с Вами не позвонил в Вашу школу и не переговорил с Вашими учителями. Они-то и рассказали мне о Вашем любимом месте под дубом на окраине школьного парка. Я хорошо знаю этот дуб, Мэри. Но я знаю и другие места, где Вам необходимо побывать. Парадокс — но иногда процесс разрушения может одновременно быть и актом созидания. Я знал, что именно необходимо Вам, чтобы найти свой путь в жизни. Невежественный, грубый, попукивающий (пользуясь случаем, приношу свои извинения за непристойное поведение) графоман, с которым Вы познакомились в тот далекий день, был и остается лучшим из созданных мною художественных персонажей. Что толку в самой изощренной фантазии, если она не в состоянии показать нам, как стать теми, кем мы хотим быть?… Гландар говорит: «Будь мужественным, живи полной жизнью и помни о чести». Его программа может показаться примитивной, но и она годится, чтобы было на что опереться в нашем непростом мире. Надеюсь, Вы согласитесь со мной и простите меня. В свое оправдание могу сказать только одно: я поступил так, потому что знал — когда-нибудь из Вас может получиться настоящий писатель, нужно только немножечко подтолкнуть Вас. Как бы то ни было, я счастлив, что мне удалось Вам помочь.

С уважением,

Мармадьюк Ангус Кригенвейлский.

Сначала я ничего не поняла, но потом прочла письмо еще раз и рассмеялась свободным и счастливым смехом, как может смеяться только истинно верующий. В тот день я так и не пошла сдавать экзамен по Свифту. Вместо этого я отправилась на кухню и сварила большой кувшин кофе. Затем я поднялась к себе в комнату, заперла дверь и, не обращая внимания на отца и мать, звавших меня с наружной стороны, на протяжении двух дней писала этот рассказ.

Перевел с английского Владимир ГРИШЕЧКИН

Перейти на страницу: