Читаем «Если», 2005 № 07 полностью

— Госпожа капитан, на «Ласточку» произведено нападение пиратов с целью захвата части нашего груза, а именно: гранаты с химической начинкой нервно-паралитического действия, находящиеся в контейнерах голубого цвета и провозимые без вашего ведома. Единственным разумным выходом, ввиду несомненного численного превосходства противника, является применение в кессоне транспортного отсека химического оружия при полной герметизации нашего корабля. Разрешите начинать операцию?

— Разрешаю, — молвила Бугго.

Хугебурка покосился на нее. Она глядела в потолок и двигала челюстью.

И тут в рубку ввалились Антиквар с механиком. У Калмине в руках дергалась, как живая, катушка с проводом и торчащим сверху штырем.

— Кнопкой не прикрыли, — вздохнул он, вручая катушку капитану. — Наперсток бы, что ли, — уколетесь.

Бугго намотала на указательный палец платок и стала ждать.

В окне рубки на несколько секунд возникла глухая темнота, потом протянулись в ряд пляшущие огни — свет в иллюминаторах чужого корабля. Он был намного больше «Ласточки» и вскоре заслонил от Бугго весь остальной мир.

Корпус «Ласточки» вздрогнул от сильного, но мягкого толчка.

— Стыковка, — зашептал Антиквар, бегая блестящими глазами конокрада.

Бугго перевела взгляд на Хугебурку. Старший офицер безмолвно шевелил губами — отсчитывал секунды. Потом опустил веки и кивнул. Бугго плавно надавила кнопку. Острый штырь прошел сквозь несколько слоев ткани и куснул палец капитана. «Ласточку» толкнуло еще несколько раз, но несильно, — так детеныш косули подталкивает мать под вымя. Огни на чужом корабле разом моргнули от удивления, а потом отчаянно замигали — там поднялась тревога. Еще несколько толчков посильнее заставили «Ласточку» заскрипеть — звук был тихий, но нехороший. Потом в кубрике что-то с грохотом обрушилось, и все стихло. Иллюминаторы чужого корабля горели мертво и ярко, на бортовом копьютере «Ласточки» мигала зеленая надпись «Стыковка завершена». Из кессона не доносилось ни звука.

— Что теперь? — спросила Бугго.

Хугебурка пожал плечами.

— Подождем.

Они подождали. Охта Малёк бродил по рубке, любовно прикасаясь к приборам, Бугго пережевывала какие-то неоформленные мысли. Антиквар украдкой просматривал журнал «Синие девочки, мохнатые мальчики, выпуск 6: Озорство на пульте слежения авиалиний».

Время никуда не спешило. Оно изливалось из небесного сосуда с полным пренебрежением к страхам и нетерпению людей. Хугебурка думал о Бугго: понимает ли она, что обрекла на мучительную смерть более двух десятков человек? Все-таки Бугго Анео — молодая женщина…

Бугго, как выяснилось, прекрасно все понимала.

— Где противогазы? — осведомилась она, как показалось Хугебурке, мстительно.

Антиквар вздрогнул, выключил и закрыл планшетку.

— У входа в рубку.

— На тот случай, если герметизация «Ласточки» по какой-либо причине окажется неполной, — пояснил Хугебурка. — Чтобы принять мгновенные меры.

— Насколько я помню, — сказала Бугго, — нервно-паралитический газ не обладает запахом. Присутствие нервно-паралитического газа определяется только по его действию.

Старший офицер знал, что штурманы торгового флота не изучают подобные вещи. Скорее всего, Бугго вычитала это в справочнике. Капитан чрезвычайно ценила справочники и умела ими пользоваться.

Хугебурка ловким жестом извлек из рукава короткий металлический жезл со светящейся вертикальной шкалой. Сейчас вся шкала была однородной, тускло-желтоватой.

Бугго протянула руку.

— Индикатор? Так вот на какие штуки вы тратите свою долю прибыли?

— Полезная вещь, — отрекомендовал Хугебурка. — В нашем быту незаменимая.

— Как и противогазы, — добавила Бугго. — Принесите их, пожалуйста, господин Калмине. Пора посмотреть, как развивались события в кессоне.

Хугебурка переглянулся с Антикваром, но ни один не решился возражать. В конце концов, Бугго — капитан. Она знает, что ей делать на своем корабле.

Они были мертвы, но все равно выглядели опасными — чужие, с оружием. Как и говорил Хугебурка, около двух десятков. Больше половины их лежало в кессоне. Бугго смотрела на погибших сквозь тонкий стеклопластик противогаза — слегка искажающий, как бы сужающий картинку, — на застывшие руки в перчатках, прильнувшие к оружию: каждый палец знает свое место среди спусковых крючков, кнопок и впадин автоматического пистолета с четырьмя различными режимами поражения.

Лица этих незнакомых людей ничего не говорили Бугго, но руки — едва ли не все. Хозяйские, самоуверенные руки. Она почти въяве ощущала на себе их прикосновения: умелые тычки в шею — руки, привыкшие подгонять пленных; равнодушное похлопывание ладоней по переборкам «Ласточки», которую они собирались взорвать, — руки, привыкшие забирать чужое. Среди погибших находился и тот, кто отдавал приказания по стереовизору, но Бугго не узнала бы его, даже если бы и захотела.

— Соберите все тела в транспортном отсеке, — приказала Бугго. — Господин Хугебурка, как быстро разлагается этот газ в присутствии кислорода?

— Приблизительно за шесть часов, — ответил Хугебурка, поглядывая на свой индикатор. — Плюс-минус.