Читаем «Если», 2004 № 11 полностью

…1961-й год. Гагарин совершает виток вокруг Земли, а герои фильма «Планета бурь» Павла Клушанцева высаживаются на Венеру. Но если от осознания первого захватывает дух, то второе кажется всего лишь прелюдией к грядущим космическим киноэпопеям. Дело в том, что советская молодежь начала 60-х просто купалась в море замечательной книжной фантастики на космическую тему. Ефремов, Стругацкие, Михайлов, Лем, Кларк, Брэдбери, Азимов рисовали такие завораживающие картины освоения космоса, в сравнении с которыми скромная по постановочным ресурсам «Планета бурь» выглядела заурядным примером «космического соцреализма». И все-таки снятая на маленьком «Леннаучфильме», без громких имен в титрах (В.Емельянова и Ю.Саранцева знали по небольшим «характерным» ролям, Г.Жженов был совсем еще неизвестен), «Планета бурь» увлекала и будила воображение. Она была очень достоверна в показе космической техники и инопланетных пейзажей. Венерианские вулканы и океан, растительность и гигантские ящеры несли в себе отпечаток серьезного энциклопедического подхода, а экипировка исследователей Венеры почти не отличалась от облачения первого космонавта. А ведь был еще и настоящий ходячий робот «Железный Джон»!

Надо признать, что без идеологического «гарнира» все-таки и здесь не обошлось. Так же, как и в фильме Козыря и Карюкова «Небо зовет», в «Планете бурь» нашими ревнивыми соперниками представлены американцы, Советские космонавты опять приходят к ним на выручку и исправляют огрехи авантюрно спланированной межпланетной экспедиции. Впрочем, соперники – это отнюдь не враги, в их намерениях, а тем более в характерах, нет ничего угрожающего и возмутительного. Еще за два года до этого они выглядели куда более карикатурно. Можно также вспомнить, что, когда в 1937 г. А.Птушко начинал снимать первый советский фильм о полете на Венеру («Утренняя звезда» по сценарию А.Толстого), основой сюжета было столкновение с экипажем фашистского космолета в борьбе за обладание редким химическим элементом – экацезием. Жаль, что фильм закрыли…

В «Планете бурь» политика все-таки не перевесила фантастику – во многом потому, что П.Клушанцев был человеком ершистым и не склонным к заискиванию перед властью. Не любил он и пользоваться чужим опытом, благодаря чему в его картине нет цитат из голливудских космических саг 50-х («Красная планета Марс», «Запретная планета» и т.д.). Крупный мастер научно-популярного кино, он всегда старался использовать научные источники. Да и нужно ли было приглядываться к заграничным фильмам, когда у себя «под боком» фантастика становилась явью? В итоге «Планета бурь» стала тем редким случаем, когда отечественная кинофантастика ни у кого не одалживалась и даже сама выступила образцом для подражания, а то и просто плагиата.

Однако в начале 60-х мы уже хотели большего. Видя, как старт Гагарина продолжился серией новых, все более длительных орбитальных полетов, мы были уверены, что и за «Планетой бурь» последуют новые грандиозные фильмы о космосе – что-то вроде фантастической «Войны и мира» или, по крайней мере, «Повести пламенных лет»*. Для такой уверенности имелись немалые основания. Ведь в том же 1961 году лидером по посещаемости (65 миллионов зрителей) стала другая фантастическая картина – «Человек-амфибия» Г.Казанского и В.Чеботарева.

* Широкоэкранная военнаяэпопея, задуманная Л.Довженко и поставленная его женой Ю.Солнцевой. Примечательно, что в середине 50-х Довженко хотел снять масштабный фильм-эпопею о полете на Марс с музыкой Д.Шостаковича. (Здесь и далее прим. авт.)