Читаем «Если», 2004 № 11 полностью

– Знай, мы только что нарушили глубочайшие верования тримонцев в отношении их собственных детей. Десятеро – девять таких маленьких и трогательных плюс присутствующий здесь Брак – необратимо утратили свою биологическую целостность. Их сердца были удалены, уничтожены и заменены сердцами пещерных гайлутов.

Клари глядела на Йани. Она не верила своим ушам. Брак завыл и вцепился пальцами в собственную грудь.

– Вы… мы… пытали детей? – спросила Клари.

– Нет, – усталым голосом ответил Йани, – их не пытали, им не причинили вреда. Ксенотрансплантаты были специальным образом обработаны, чтобы предотвратить отторжение. Сердца гайлутов прослужат этим детям весь отпущенный им срок жизни… Ада, ты нам нужна. Дай мальчику успокоительное.

– Но… Зачем все это сделано? – ужаснулась Клари.

– Затем, что мы – Служители Мира, – произнес Йани.

Клари не отводила от него глаз. Окровавленный пещерный гайлут в охладительном баке, пятна крови на полу… младенец, наделенный сердцем вонючего и мерзкого пожирателя падали…

Она закричала, прежде чем успела сообразить, что слова ее прозвучат совершенно по-детски:

– Зачем вы задержали меня здесь? Почему не отослали к Бену Ко, как обещал мне Мастер?

Йани промолчал, однако ответ она прочитала на его лице: он и был Бен Ко. Тот самый, за которым она должна была наблюдать по указанию Мастера, у которого должна была учиться. Она отвернулась – и вовремя, – чтобы ее вырвало на пол, а не на Брака.

Брак

Это было немыслимо. Даже после того как няня дала ему какое-то средство и Брак ощутил, как отступили ужас, паника и гнев, понимание бессмысленности происходящего не желало покидать его. Он ощущал, что искусственный покой рожден лекарством, а бессмысленность как раз оставалась реальной.

Итак, его целостность нарушена. Он, Брак, сделался чудовищем, он наделен сердцем вонючего и опасного зверя…

Это следовало осознать.

Йани видел, что творится с юношей. Он приказал Клари:

– Садись.

Она подчинилась, делая это, как казалось Браку, в каком-то оцепенении. Неужели и ей дали успокоительное, пока он кричал? Но разве она не одна из них?

Йани спросил:

– Брак, что случится, что неизбежно произойдет, когда твой народ выиграет эту войну?

Он не ответил, он не мог ответить. Однако он сумел сесть на кушетке. Почему-то показалось важным, чтобы в этот момент он сидел, а не лежал на спине, как младенец.

– Я расскажу тебе, что будет потом, Брак. Вы попытаетесь превратить Игнацию в Тримон. Вы распустите войска этой страны, уничтожите строгую авторитарность правления, приравняете мужчин в правах к женщинам, попытаетесь научить всех читать, возделывать землю и обратите всех в вегетарианство.

– Ну и что? – спросил Брак.

– Вы считаете, что замените ложные ценности истинными. А на самом деле замените тиранию власти тиранией собственной правоты. И этим самым вызовете революцию – куда более жестокую и кровавую, чем закончившаяся вашей победой война. Значительно более кровавую. Погибнут тысячи человек. Дело в том, что игнациям не нужны ваши ценности: свобода личности, терпимость, демократия.

Брак взорвался:

– Но они же наилучшие! Йани устало улыбнулся:

– Возможно. Но свобода, терпимость, демократия оставляют многих людей разобщенными, не имеющими надежного места в установившейся властной структуре семьи и касты.

– Тогда надо создать для себя собственное место, – упрямо возразил Брак.

– Некоторые не способны на это. Другие не захотят этого делать. Многие все равно будут чувствовать себя лишенными корней в столь переменчивом мире. Вы очень жестоки к этим людям, среди которых есть старые и больные, бездарные и трусливые. Вы оторвете их от всего, на что они способны рассчитывать…

– Но…

– Ты предполагаешь, – невозмутимо продолжил Йани, – что все должны думать так, как твой народ. Тебе кажется, что если игнации увидят ошибочность собственных путей, то начнут думать так, как ты. Подобный взгляд на вещи несправедлив, аморален и опасен.

Гнев затопил Брака, прорвавшись сквозь наведенный лекарством покой:

– Аморален? Но ведь это игнации напали на нас!

– Да, я знаю, – проговорил Йани, – но, с точки зрения Служителей Мира, это неважно. Главное – свести к минимуму последующий разгул насилия.

– Путем насилия надо мной? Вскрывая тела детей и вставляя им звериные сердца?

Йани пожал плечами:

– Твой народ наделяет зверей духовным равенством с человеком, вы помещаете душу в мыслящем мозгу, а не в сердечной мышце. Поэтому для тебя лично то, что с тобой сделали, не существенно.

Брак, открыв рот, глядел на него. Клари взорвалась:

– Но ведь это всего лишь старый дерьмовый лозунг: цель оправдывает средства!

Йани улыбнулся:

– Отлично, Клари. Иногда так и бывает.

– Нет, – проговорила она. – Нет!