Джейн была знакома и с другими хрупкими, некоторые из них ей нравились. Например, Дороти Вордсворт, Мэри Кингсли и Элизабет Барретт, но она считала, что никому не может доверять — только Эмили.

На следующий день после гибели Горация, когда закончились занятия в школе, подруги встретились в Сент-Джеймсском парке. Майкл решил, что никто, кроме членов Семьи, не должен знать о смерти Горация. Однако соблюдение тайны оказалось непосильным грузом для Джейн Остин.

Стоял прохладный серый день, и в парке почти не было гуляющих. Эмили и Джейн сели на скамейку и принялись наблюдать за тем, как на покрытой рябью поверхности озера возникают фантастические отражения двух резвящихся уток. Эмили принесла с собой «Грозовой перевал». Майкл и Эрнест научили ее читать, и она одолела уже половину книги. Иногда у нее возникало диковинное ощущение, будто она и есть автор книги. Порой ей казалось, что она чувствует, как ледяной ветер обжигает лицо, когда она любуется бесцветными пейзажами йоркширских пустошей, заросших вереском.

Эмили остро чувствовала, как напряжена и несчастлива Джейн, и попыталась отвлечь ее рассказом о головокружительных приключениях героев книги.

Джейн довольно долго молчала, а потом сказала:

— А знаешь, Джейн Остин тоже писала романы. У Эрнеста есть «Краткий оксфордский справочник английской литературы»… Мы все там — ты, я, Элизабет Барретт, Дороти Вордсворт. Мы пойманы в сети крошечных черных значков на бумаге. — Она разрыдалась.

Эмили обняла ее за плечи, пытаясь успокоить.

— Милая, ну не стоит так расстраиваться. Лично я рада, что существовала еще одна женщина по имени Эмили Бронте, что жила она в необычном чудесном мире и смогла написать замечательную книгу. Я чувствую свою сопричастность… У меня даже возникает ощущение, будто я ее знаю и у нас есть что-то общее.

— У нас масса общего, — перестав плакать, грустно проговорила Джейн. — Обман, страх, неуверенность. Мы как маленькие зверьки, Эмили. Крошечные, беззащитные зверьки, запертые в огромной клетке. Кто-то держит нас здесь с какой-то целью, а когда он ее достигнет, животных уничтожат, а клетку выбросят на помойку.

— Майкл нашел выход, — сказала Эмили.

— Выход из одного кошмара в другой. Наверное, было бы лучше, если бы мы оставались в неведении. Теперь мы знаем, что Лондон это всего лишь кукольный городок. А еще мы знаем, что мир за его стенами населен чудовищами… я бы хотела, чтобы мы снова стали детьми, Эмили. Я бы хотела перевести стрелки часов… И сделать вид, что все в порядке. Все может быть в порядке, если сделать вид, что ничего не произошло. Может!

— Нет, Джейн, милая, только не для нас, — покачав головой, проговорила Эмили. — И не в мире, населенном сухарями и хрупкими. Ты же понимаешь, что иначе быть не могло.

— Как ты считаешь, люди имеют право решать, что им делать со своей жизнью и с собой? — спросила Джейн.

— Мы все должны свободно принимать такие решения. Я думаю, именно этого и добиваются Майкл с Эрнестом — только сначала хотят выяснить, что с нами в действительности происходит.

— Сомневаюсь, что Гораций придерживался таких же взглядов. Он просто ненавидел сухарей… Мне пора идти, Эмили. Мои… они будут задавать вопросы, если я задержусь. Я ненавижу вопросы. И… когда на меня давят.

— Мне тоже пора бежать. Я хочу выбраться из дома, чтобы встретиться сегодня вечером с Майклом, хотя бы ненадолго. Увидимся завтра, Джейн. Постарайся не расстраиваться… Когда я ложусь спать, то всегда стараюсь думать о чем-нибудь приятном. Всегда, с самого детства.

— Да, — сказала Джейн, поднимаясь со скамейки. — Хорошая мысль — засыпать, думая о хорошем… Если ты увидишь Эрнеста раньше, чем я, ты выполнишь одну мою просьбу?

— Конечно.

— Поцелуй его за меня и скажи, что я буду любить его всю жизнь.

Эмили удивленно на нее посмотрела, а потом ответила:

— По-моему, будет лучше, если ты сама ему скажешь.

Джейн улыбнулась.

— Наверное, так было бы лучше, но я очень стесняюсь. Обещай, Эмили.

— Хорошо, обещаю.

— Спасибо. — Джейн поцеловала ее в щеку, затем в губы. — Второй для Эрнеста, — весело проговорила она и, взглянув на гладкую поверхность воды, вздохнула. — Хорошо бы мы всю жизнь оставались такими же глупыми и безмозглыми, как утки, плещущиеся в воде.

Она быстро повернулась и зашагала прочь.

Поздно вечером Джейн Остин решила принять ванну. Она вставила вилку электрического обогревателя в розетку и, привязав к нему веревочную петлю, установила его на краю ванны. Она включила воду, сняла одежду и забралась в ванну. Устроившись поудобнее, Джейн закрыла глаза и принялась думать о разных приятных вещах. Через некоторое время, так и не открыв глаза, она высунула одну ногу из воды и нащупала веревочную петлю. Зацепившись за нее пальцами, Джейн резко дернула, и обогреватель свалился в воду.

Глава 27

— Я не думал увидеть тебя сегодня вечером, — сказал Майкл. — Мне просто захотелось погулять. Не могу смотреть на сухарей, которые притворяются людьми… Как ты, Эрнест? Как ты себя чувствуешь?