Впрочем, отсутствие логики в тексте вгоняет в не меньшую тоску. Если Древняя кровь составляет прослойку едва ли не в треть населения, причем не только у нас, но и в Европе, если давно уже существуют западный и славянский стили Древнего ведовства — «о какой культуре вы ведете разговор», как поет Тимур Шаов? А если у Древних было и есть так плохо с воинами, то почему все описанные в романе Древние действуют как хорошо подготовленные спецназовцы? Честное слово, разборок с применением холодного оружия в тексте куда больше, чем магических поединков — причем разборок именно между чародеями! Да и вообще, если магический ритуал можно прервать автоматной очередью — грош цена такой магии вне зависимости от цвета.

Наталия Мазова

Евгений Прошкин

Война мёртвых

Москва: ЭКСМО-Пресс, 2000. — 384 с.

(Серия «Российская боевая фантастика»). 10 000 экз.

Тихону всего шестнадцать, а его уже мутит от приторно-ненастоящего общества, в котором ему предстоит жить. В кустах возле летнего лагеря встречается вербовщик, предлагает поучаствовать в другой игре. Подросток с готовностью соглашается и становится курсантом секретной военной школы Конфедерации. Потом стремительно, за считанные месяцы, делает военную карьеру.

Фантастический антураж «вечной войны» знаком читателям Хайнлайна и Холдемана. Смертельная схватка с инопланетной расой, мирные жители гибнут целыми планетами, военная муштра призвана уничтожить в солдатах все человеческое. Кстати, будущих бойцов здесь специально подбирают из числа изгоев с суицидальными наклонностями — без таких наклонностей оператор не сможет прервать дистанционный контакт с боевым роботом, который находится под его управлением.

Внешний вид робота знаком игрокам в «Starcraft» (тот самый, который с пушками вместо рук). Да и вся книга похожа на новеллизацию компьютерной игры. Примечательно бесчувствие главного героя: смерти, беды, несчастья (причиной некоторых становится он сам) у него не вызывают никакого эмоционального отклика, как если бы все происходило на экране монитора. И написано все это гладко, быстро, без надрыва. Короче, написано профессионально.

Конечно, в тексте много элементов, типичных для новичка («Война мертвых» — дебютная книга автора), однако результат значительно превосходит общий уровень боевиков, характерный для сегодняшней российской фантастики. Здесь есть психологическая достоверность — как в описании мотивации поступков героя, так и в изображении «военной машины».

Серьезное знакомство с традициями НФ помогло автору преодолеть границы вульгарного жанра новеллизации «игрушек» и создать текст, богатый оригинальными находками и сопоставлениями. Например, можно увидеть в романе отражение судьбы многих инженеров «оборонки», в свое время погнавшихся за романтикой или за бытовым комфортом и оказавшихся сегодня на обочине. Мятежи сепаратистов, как и положено, начинаются с крупномасштабных провокаций. А финал романа — описание сообщества людей, чьи души-психоматрицы навсегда переселены в роботов — близок трагическому романтизму раннего Желязны.

С первой же страницы роман привлекает и своим языком — ясным, связным, не содержащим лишних эпитетов и иного словесного мусора.

Нетрудно заметить стремление автора максимально ограничить круг действующих лиц. Можно относиться к этому как к признаку слабости новичка, но можно интерпретировать иначе — как метафору текущего состояния отечественной фантастики. Главный герой не одинок в своей апатии и отвращении ко всему социальному. Его позицию разделяют многие фантасты: не в силах сформулировать видение общества будущего, они лелеют свои комплексы, с головой погружаясь в глубины человеческой психики. Или просто играют в «Starcraft».

Сергей Некрасов

Дэн Симмонс

Песнь Кали

Москва: ACT, 2000. — 384 с.

Пер. с англ. В. Малахова — (Серия «Темный город»). 5000 экз.

Если вы берете эту книгу в предвкушении новых откровений в духе «Гипериона» — лучше сразу отложите ее в сторону. Перед вами совершенно другой Симмонс. Автор добротных и, не побоимся этого слова, знаковых произведений научной фантастики на сей раз предстает в несколько ином, пугающем качестве.

Если можно сформулировать суть романа «Песнь Кали» в двух словах, то вот они: цивилизационный шок.

Можете себе представить реакцию сытого, ухоженного американца, внезапно увидевшего не туристические красоты Тадж Махала или Каджураха, а сразу и без подготовки оказавшегося в человеческом водовороте Калькутты конца 70-х, когда Индию раздирали политические, экономические и прочие неурядицы, а на первом месте стояло элементарное выживание?