С уходом (а фактически — со смертью) Чэня Силлю остается среди чуждых ей людей и не менее чуждых духов, притворяющихся людьми. Надо сказать, что среди последних колоритных персонажей гораздо больше — чего стоит одна дряхлая выдра-оборотень, профессиональная куртизанка, обучившая Силлю тонкостям обольщения мужской половины человечества. Эротика, присущая утонченным китайским новеллам, пронизывает страницы романа, посвященные любовным похождениям Силлю, избравшей, выражаясь современным языком, специальность «сексопатолога-практика», врачующего мужчин от застарелых комплексов, сначала — в качестве наемной феи в «Приюте лотосового отдохновения», затем — в роли любящей и любимой наложницы юного студента. Ставшая благодаря своему вековечному опыту великолепным знатоком человеческой природы, Силлю спасла от распада не одну семью, «консультируя» жен, к которым охладели мужья, помогая вновь вернуть первоначальное чувство…

Увы, чем ближе описываемые в дневнике события к нашему времени, тем больше они утрачивают свое первоначальное очарование. История любви рассказчицы с демоническим красавцем-белоэмигрантом, поэтом и кокаинистом излишне мелодраматична и слишком напоминает второразрядную русскую психологическую прозу, а трагические события первой мировой, Октябрьской революции, а потом и культурной невольно затмевают собой драматизм выдуманной биографии. Фрагменты дневника перемежаются в книге историей отношений автора и его новой возлюбленной — казалось бы, их связывает взаимная страсть, но Лина ведет себя странно: какая-то мрачная тайна кроется за ее внешней бесшабашностью. Является ли девушка воплощением все той же бессмертной лисицы-оборотня, решившей дать герою то, чего ему недостает более всего — ощущения полноты бытия, уверенности в себе? Или «земные», «сложные» отношения двух обычных людей призваны подчеркнуть великодушие и щедрость нелюдя-лисицы? Похоже, автор сознательно пользуется приемом недоговоренности, оставляя простор для читательского воображения — точь-в-точь как мастер китайского рисунка по шелку.

Итак, перед нами на протяжении нескольких веков на фоне меняющихся исторических декораций разворачивается история души — познающей, прощающей и любящей. Хочу заметить, что в современной отечественной фантастике, увлеченной социальными моделями, психологический роман, да еще читающийся как увлекательный триллер, — явление редчайшее. Еще одно достоинство романа — его абсолютная несхожесть с многочисленными эпигонскими подделками «под Стругацких». Скорее, автора можно упрекнуть в излишнем уважении к модному Павичу и неисчерпаемому Борхесу.

Издательство «Новая Космогония», похоже, решило освоить пустовавшую до недавних пор экологическую нишу «массово-элитарной» литературы, где сюжет играет хотя и важное, но не основополагающее значение, уступая первенство «драме людей и идей». Такую литературу лучше читать в кресле, под торшером, с плошечкой сакэ под рукой…

Мария ГАЛИНА

Рецензии

Алексей Селецкий

Когда наступит ночь

Москва: ACT, 2000. — 384 с. (Серия «Звездный лабиринт»). 11 000 экз.

В последнее время с серией «Звездный лабиринт» творится что-то странное. Мало того, что в нее проникла фэнтези, для которой у ACT вроде бы есть отдельная резервация под названием «Заклятые миры», так она еще оказывается полукриминальным боевиком. Правда, мода меняется — вместо набившего оскомину бывшего «афганца» или «чеченца» на первый план вышел защитник Советского Союза от злобных братских народов, взявших столько суверенитета, сколько смогли — не то азербайджанцев, не то таджиков.

В остальном текст состоит из набора штампов — есть некий Древний Народ со сверхъестественными возможностями и некое Братство, хранящее его культуру от вырождения, а попутно истребляющее всякую нечисть, нелюдь и нежить. Презрительные упоминания о разных там Эрах Водолея и эльфийских битвах Света и Тьмы призваны подчеркнуть, насколько у этих Древних все по-настоящему круто и вообще «чисто конкретно». Главный герой, разумеется, «волк-одиночка», которому предлагают сделаться воином этого братства, а он, само собой, не желает терять свою свободу, за что и получает в конце концов промеж ушей. Главная героиня — его возлюбленная, — милая девочка из ролевой тусовки, тоже на досуге балующаяся магией и поющая под гитару песню на стихи Марии Семеновой, разумеется, про оборотня. Последнее вгоняет в особую тоску: похоже, после выхода «Волкодава» могуче-колюче-несчастные всерьез поверили, что именно они-то и есть заветная девичья мечта…