Читаем Эскориал полностью

Король.(с шутовским поклоном.) Ваше величество!.. Я хочу своими выходками рассеять ваши скорбные мысли. Королева умирает? Как преданный шут я создам вариации на эту тему: королева, несчастная королева? Мне все это смешно? Горевать — не мое назначение! Королева умрет — найдется другая! Дайте мне посмеяться! Радость моя безмерна! Не правда ли, я родился шутом, ваше величество? Я от природы кривляка, лицемер и притворщик — и в этом подобен женщине. И королева, эта женщина, с одного взгляда измерила мое ничтожество и наградила меня полным презрением! Королева оценила и мою душу и мое тело, она увидела шута под моим великолепным одеянием. Как я ни тщился поступать по-королевски, она не дала себя провести. Поверьте, ваше величество, я сделал все, чтобы соблазнить ее, пустил в ход самое искусное кривлянье. Напрасный труд? (Делает вид, будто танцует павану.) Но разве шут рассказывает о своей жизни? Он танцует!.. Я танцую в честь Смерти! Танцую свое освобождение! Танцую торжественное погребение, уход в небытие этой раздушенной восковой куклы! Скорее! Опустите ее в подземный склеп, пролейте потоки святой воды! Я не боюсь ее призрака. (Продолжает танец.) Не удивляйтесь тому, что я танцую. Я танцую как вдовец, как козел на шабаше, как античный сатир? (Останавливается. Он устал, ложится на ступени.) Понравился ли вам мой монолог, ваше величество?..

Фолиаль. Богохульник!.. Та, что умирает, прекрасна и чиста, она святая. Она умирает, убитая безмолвием и мраком этого дворца, где у стен есть глаза и уши, где в пышных залах скрываются потайные люки и орудия пытки. Она умирает от жизни среди мрачных злодеев, вдали от солнца, взаперти, в одиночестве. Она умирает, королева без народа, в королевстве, где по капле точат кровь, где царят шпионы и инквизиторы. Я говорю вам, Смерть — благодетельница, и я желал ее прихода так же, как желали вы. Она пришла очень быстро, она всегда тайно бродит вокруг, свои здешние владения она делит с Безумием.

Король. О, ваше величество! Благоразумно ли говорить так откровенно? Нужно быть королем, чтобы за такие вольные речи вам не заткнули кляпом рот.

Фолиаль.(ничего не слышит.) Молчи, шут! Я знаю все твои самые мерзкие выходки! Ты готов все замарать, тебе милы нечистоты, ты любишь карликов и лицедеев, а мрачную утеху находишь в запахе людской плоти, которая горит, треща и корчась в пламени костра под болтовню твоих попугаев. Твои грехи ужаснут теологов. И если бог еще не схватил тебя за горло, то потому лишь, что уготовил тебе конец Ирода или еще страшнее?

Король. Ваше величество, не удручайте меня. Мое ремесло не слишком благородно, мое ремесло в том, чтобы наносить раны. Где уж мне, живущему за пределами человеческого, знать, что такое любовь или сострадание других людей? Несомненно, я тоже страдал от этого презрения! От этого презрения? подобного уколам иглы? (Тихим голосом.) Я знаю, вы были единственным, кто мог понять ее, эту никем не понятую женщину. Для вас у нее был другой взгляд, не тот леденящий взгляд, что заставлял меня стучать зубами от позора, а долгий влажный взгляд благодарной суки? (Поднимается по ступеням.) О, эта королева? Я знаю, что, несмотря на тайный сговор стен, замков и слуг, вы проникли в ее душу? (Его голос пресекается.) Вы овладели ее телом?

Фолиаль.(встает и шатается). Этот трон? слишком высок? Тут кружится голова!..

Король. Да, это была странная любовь!.. Однажды вечером, перед грозой, когда всюду было полно тлетворных запахов и мух, вы крались по дворцовым переходам? Я — шут — крался вслед за вами? (Вдруг почти беззвучно.) И я познал мучительное наслаждение быть свидетелем ваших наслаждений, я молча корчился на каменных плитах? (Пронзительно кричит.) Ваше величество, короли не любят, это закон! Короли этой страны царствуют в кольце всеобщей ненависти!.. (Поднимается еще на несколько ступенек.) Такое безмерное счастье взывало к мести шута. Вы слышите меня, ваше величество?.. (Подходит вплотную к Фолиалю.) Королева? звезда? пчела? музыка? ангел? Королева, как в старых забытых романах, умирает от любви!.. она умирает от чудовищной, непостижимой любви!.. Знала ли она это, когда вдыхала воздух своей комнаты, когда ела свои любимые плоды?.. (Спускается на три ступени.) Она умирает как и положено умирать знати в этой стране? (Воет раздирающим голосом.) Она умирает от яда!.. (В бешенстве.) Любви нет входа в этот дворец! Любить запрещено в этом дворце! (Сбегает с лестницы.) А! Фарс?

Фолиаль.(словно пьяный, спускаясь вниз). Шут, должен ли я смеяться? Или ты произнес правду?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Скрытый смысл: Создание подтекста в кино
Скрытый смысл: Создание подтекста в кино

«В 2011 году, когда я писала "Скрытый смысл: Создание подтекста в кино", другой литературы на эту тему не было. Да, в некоторых книгах вопросам подтекста посвящалась страница-другая, но не более. Мне предстояло разобраться, что подразумевается под понятием "подтекст", как его обсуждать и развеять туман вокруг этой темы. Я начала с того, что стала вспоминать фильмы, в которых, я точно знала, подтекст есть. Здесь на первый план вышли "Тень сомнения" и "Обыкновенные люди". Я читала сценарии, пересматривала фильмы, ища закономерности и схожие приемы. Благодаря этим фильмам я расширяла свои представления о подтексте, осознав, что в это понятие входят жесты и действия, поступки и подспудное движение общего направления внутренней истории. А еще я увидела, как работает подтекст в описаниях, таких как в сценарии "Психо".После выхода первого издания появилось еще несколько книг о подтексте, но в них речь шла скорее о писательском мастерстве, чем о сценарном. В ходе дальнейших размышлений на эту тему я решила включить в свою целевую аудиторию и писателей, а в качестве примеров рассматривать экранизации, чтобы писатель мог проанализировать взятую за основу книгу, а сценарист – сценарий и фильм. Во втором издании я оставила часть примеров из первого, в том числе классику ("Психо", "Тень сомнения", "Обыкновенные люди"), к которым добавила "Дорогу перемен", "Игру на понижение" и "Двойную страховку". В последнем фильме подтекст был использован вынужденно, поскольку иначе сценарий лег бы на полку – голливудский кодекс производства не позволял освещать такие темы в открытую. Некоторые главы дополнены разбором примеров, где более подробно рассматривается, как выглядит и действует подтекст на протяжении всего фильма или книги. Если вам хватает времени на знакомство лишь с тремя примерами великолепного подтекста, я бы посоветовала "Обыкновенных людей", "Тень сомнения" и серию "Психопатология" из сериала "Веселая компания". Если у вас всего полчаса, посмотрите "Психопатологию". Вы узнаете практически все, что нужно знать о подтексте, и заодно посмеетесь!..»

Линда Сегер

Драматургия / Сценарий / Прочая научная литература / Образование и наука
Судьбы наших детей
Судьбы наших детей

В книгу вошли произведения писателей США и Великобритании, объединенные одной темой — темой борьбы за мир. Не все включенные в сборник произведения являются фантастическими, хотя большинство из них — великолепные образцы антивоенной фантастики. Авторы сборника, среди которых такие известные писатели, как И. Шоу, Ст. Барстоу, Р. Бредбери, Р. Шекли, выступают за утверждение принципов мира не только между людьми на Земле, но и между землянами и представителями других цивилизаций.

Томас Шерред , Эдвин Чарльз Табб , Фрэнк Йерби , Джозефа Шерман , Клиффорд САЙМАК

Драматургия / Современная русская и зарубежная проза / Боевая фантастика / Детективная фантастика / Космическая фантастика / Мистика / Научная Фантастика / Постапокалипсис / Социально-психологическая фантастика / Фэнтези / Юмористическая фантастика / Сатира
Сенека. Собрание сочинений
Сенека. Собрание сочинений

Луций Анней Сенека – крупнейший римский философ, первый представитель стоицизма в Древнем мире. Особую роль в формировании взглядов философа сыграл древнегреческий мыслитель Посидоний. В свою очередь, нравственная позиция и система ценностей Сенеки оказали сильное влияние на его современников и последующие поколения.Произведения Сенеки – всегда откровенный и развернутый «кодекс чести». Любой труд знаменитого философа разворачивает перед нами подробную картину его философии. Сенека поясняет, аргументирует и приглашает к диалогу. В его произведениях поднимаются вопросы, которые затрагивают категории жизни и смерти, счастья и горя, философии и математики: каким должен быть лучший признак уравновешенного ума? Как следует жить, чтобы не падать духом? Для чего человеку нужна философия? В чем разница между философией и математикой? Что приносит нам величайшие беды? Как исправить свою жизнь?В сборник вошли избранные «Нравственные письма к Луцилию», трагедии «Медея», «Федра», «Эдип», «Фиэст», «Агамемнон» и «Октавия» и философский трактат «О счастливой жизни».

Луций Анней Сенека

Драматургия / Философия / Античная литература