Читаем Эскориал полностью

Король стучит зубами. Фолиаль словно потерял сознание, действуют только его всемогущие руки, они тянутся в пустоте к горлу Короля. У того подкосились ноги, и он с открытым ртом падает на трон. Король хочет закричать, но крик не идет с его губ. Руки шута сжимают его шею. Король задыхается. Вдруг пронзительный смех вырывается из его широко раскрытого рта. Это смех словно стегнул шута, он ослабил свою хватку и уронил руки. Король сходит с трона и держится подальше от шута.

Король.(задыхаясь). Фарс удался, прекрасный фарс!.. Дай мне посмеяться вволю!.. Как хорошо ты играл, как отлично изобразил ненависть!.. Я изумлен безмерно! Я никогда не замечал твоих рук! Поразительные руки! Когда ты окончательно отупеешь, я сделаю тебя палачом, если только к тому времени тебя не задушат? (Спускается на несколько ступеней и сплевывает.) Приятель, это игры подлой черни! (Сурово.) Поди сюда, мразь!..

Фолиаль.(возвращаясь к действительности.) Ваше величество?.. Палача?..

Король. Нет еще! (Берет Фолиаля за плечо.) Твой фарс был весьма двусмысленным, а я люблю двусмысленность! Мне было несколько не по себе, однако ты удивил меня. Наконец-то я смеялся, и смех мой исходил из самого нутра? Я чувствую, как возвращается ко мне хорошее настроение?

Фолиаль.(нетвердо). Эти места ничуть не вдохновляют.

Король. Оно заметно, сегодня ты не в ударе! (Шлепает Фолиаля по животу.) Ты не сумел воспользоваться своим фарсом, э?.. Надо было либо удушить меня, но ты оказался не таким человеком, каким я тебя считал. (Глухо смеется.) Я понимаю искусство комедиантов и шутов? Им я дарю всю свою нежную любовь! У меня у самого душа шута, особенно сегодня вечером. А что, если нам сыграть? Это легко, ведь теперь мы оба стали просто людьми. Чтобы стать чем-нибудь другим, достаточно будет нескольких аксессуаров. Два человека, подумай только. Я — не король; ты — не урод; мы с тобой просто два человека! Я этому безумно рад! Но что с тобой, уродец, на твоем лице написаны забота, тоска, отчаяние, все, что должно бы проступить на моем лице, но не проступает, как я ни силюсь! А твое уродство — поистине уродство королевское? Итак, начнем игру!.. (Стремительно подбирает корону и скипетр; надевает корону на голову шута, вкладывает ему в руки скипетр, снимает мантию и набрасывает ее на плечи Фолиаля, который ничего не понимает и слабо сопротивляется.)

Фолиаль. Обман!..

Король. Комедия! (Отступает, рассматривает шута с удовлетворением) Какой король! Какой король для аутодафе!.. (Повелительно.) Фарс продолжается! Карабкайся на трон, коронованная обезьяна!..

В то время как Фолиаль, согнувшись, словно под бременем короны и скипетра, тяжело взбирается по ступеням, король натягивает дурацкий колпак и хватает погремушку. Добравшись до помоста, Фолиаль падает на трон и в глубоком оцепенении наблюдает за кривляньем Короля у подножья лестницы.

Фолиаль. Ваше величество?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Скрытый смысл: Создание подтекста в кино
Скрытый смысл: Создание подтекста в кино

«В 2011 году, когда я писала "Скрытый смысл: Создание подтекста в кино", другой литературы на эту тему не было. Да, в некоторых книгах вопросам подтекста посвящалась страница-другая, но не более. Мне предстояло разобраться, что подразумевается под понятием "подтекст", как его обсуждать и развеять туман вокруг этой темы. Я начала с того, что стала вспоминать фильмы, в которых, я точно знала, подтекст есть. Здесь на первый план вышли "Тень сомнения" и "Обыкновенные люди". Я читала сценарии, пересматривала фильмы, ища закономерности и схожие приемы. Благодаря этим фильмам я расширяла свои представления о подтексте, осознав, что в это понятие входят жесты и действия, поступки и подспудное движение общего направления внутренней истории. А еще я увидела, как работает подтекст в описаниях, таких как в сценарии "Психо".После выхода первого издания появилось еще несколько книг о подтексте, но в них речь шла скорее о писательском мастерстве, чем о сценарном. В ходе дальнейших размышлений на эту тему я решила включить в свою целевую аудиторию и писателей, а в качестве примеров рассматривать экранизации, чтобы писатель мог проанализировать взятую за основу книгу, а сценарист – сценарий и фильм. Во втором издании я оставила часть примеров из первого, в том числе классику ("Психо", "Тень сомнения", "Обыкновенные люди"), к которым добавила "Дорогу перемен", "Игру на понижение" и "Двойную страховку". В последнем фильме подтекст был использован вынужденно, поскольку иначе сценарий лег бы на полку – голливудский кодекс производства не позволял освещать такие темы в открытую. Некоторые главы дополнены разбором примеров, где более подробно рассматривается, как выглядит и действует подтекст на протяжении всего фильма или книги. Если вам хватает времени на знакомство лишь с тремя примерами великолепного подтекста, я бы посоветовала "Обыкновенных людей", "Тень сомнения" и серию "Психопатология" из сериала "Веселая компания". Если у вас всего полчаса, посмотрите "Психопатологию". Вы узнаете практически все, что нужно знать о подтексте, и заодно посмеетесь!..»

Линда Сегер

Драматургия / Сценарий / Прочая научная литература / Образование и наука
Судьбы наших детей
Судьбы наших детей

В книгу вошли произведения писателей США и Великобритании, объединенные одной темой — темой борьбы за мир. Не все включенные в сборник произведения являются фантастическими, хотя большинство из них — великолепные образцы антивоенной фантастики. Авторы сборника, среди которых такие известные писатели, как И. Шоу, Ст. Барстоу, Р. Бредбери, Р. Шекли, выступают за утверждение принципов мира не только между людьми на Земле, но и между землянами и представителями других цивилизаций.

Томас Шерред , Эдвин Чарльз Табб , Фрэнк Йерби , Джозефа Шерман , Клиффорд САЙМАК

Драматургия / Современная русская и зарубежная проза / Боевая фантастика / Детективная фантастика / Космическая фантастика / Мистика / Научная Фантастика / Постапокалипсис / Социально-психологическая фантастика / Фэнтези / Юмористическая фантастика / Сатира
Сенека. Собрание сочинений
Сенека. Собрание сочинений

Луций Анней Сенека – крупнейший римский философ, первый представитель стоицизма в Древнем мире. Особую роль в формировании взглядов философа сыграл древнегреческий мыслитель Посидоний. В свою очередь, нравственная позиция и система ценностей Сенеки оказали сильное влияние на его современников и последующие поколения.Произведения Сенеки – всегда откровенный и развернутый «кодекс чести». Любой труд знаменитого философа разворачивает перед нами подробную картину его философии. Сенека поясняет, аргументирует и приглашает к диалогу. В его произведениях поднимаются вопросы, которые затрагивают категории жизни и смерти, счастья и горя, философии и математики: каким должен быть лучший признак уравновешенного ума? Как следует жить, чтобы не падать духом? Для чего человеку нужна философия? В чем разница между философией и математикой? Что приносит нам величайшие беды? Как исправить свою жизнь?В сборник вошли избранные «Нравственные письма к Луцилию», трагедии «Медея», «Федра», «Эдип», «Фиэст», «Агамемнон» и «Октавия» и философский трактат «О счастливой жизни».

Луций Анней Сенека

Драматургия / Философия / Античная литература