Читаем Эльванор (СИ) полностью

Змей наконец выдохся. Вода перестала непрерывным потоком извергаться из пасти, оставив после себя тонкие струйки. Левиафан сердито рыкнул, змеиная голова с невообразимой ловкостью ринулась к Биаре, щелкая челюстями. Ее тело дрожало от непомерных усилий, но ведь недаром она держала в страхе здешних антимагов на протяжении шести лет! Оскалившись от напряжения, Биара взмахнула рукой. Огненный росчерк с щелчком прошелся по морде левиафана, заставив с возмущенным ревом отклониться, так и не настигнув свою жертву. Зашипев, змей скрылся под водой. Его движения стали резкими и поспешными: он был невероятно зол.

Обессиленная, Биара повалилась на колени. Не было сомнений в том, что левиафан готовится к новой атаке, которая станет для нее последней. Обнимая себя трясущимися руками, она непрестанно размышляла:

«Ты не можешь стать кем только пожелаешь — облик должен соответствовать твоей сущности. Веннайо стал левиафаном, потому как энергией его души была вода и способность ей управлять. По этой же причине Аалналор унаследовала его облик — чертовой мерзавке не пришлось долго ломать голову… Борзую обратило волшебное древо, придав облик рыси — то, чему наиболее соответствовала ее душа. Люди в Эльваноре обретают ту внешность, которая отражает саму их суть. Саму суть…»

Вода вскипела, знаменуя появление левиафана. Биара обернулась. Кто-то пытался пробраться сквозь густой бурелом, кто-то наблюдал за ее схваткой со змеем. Никто не желал встречаться с ней взглядом, и только Лишер не сразу отвела глаза. От той печали и тоски, что промелькнули на ее лице, Биара ощутила мимолетный укол сожаления.

Очень мимолетный.

Острая змеиная морда прорезала озеро на подобии клинка. Утробно заревев, левиафан отворил пасть, выстрелив новым залпом воды. Биара вознесла руки перед собой, пыталась заслониться от удара. Вокруг возник еще один щит — намного меньше предыдущего. Едва его коснулась вода, женщина сдавленно вскрикнула.

Как только небольшой огненный шар, за которым пряталась Биара, скрылся за стеной воды, Никс поняла, что им конец. Попытки прорваться сквозь сплошной частокол из поваленных деревьев и развороченной земли не приносили успехов. Ни ружья кузенов Веннейро, ни их совместные усилия не позволили пробиться сквозь густой бурелом. Они остались сами по себе: Лишер пыталась помочь Занмиру в тщетной попытке хоть как-то разобрать острые ветки, а Кея стояла в стороне, исступленно наблюдая за чудищем, вынырнувшем из озера. Тень и вовсе бесследно исчез.

Прерывисто вздохнув, Никс ухватилась за одну из палок в том месте, где Лишер с Занмиром пытались расчистить путь, и потянула на себя. Древесина поддавалась неохотно. Поскольку Никс приложила все силы на то, чтоб ее вытащить, едва палка скользнула вдоль остальных веток, девушка потеряла опору и, отступив на несколько шагов, повалилась. Ветви поваленных елей радушно встретили ее, до крови оцарапав лицо.

Сердито заворчав, Никс стряхнула соринки, намереваясь подняться, когда вдруг заметила в гуще веток мелькнувшую шерсть. Решив, что какой-то зверек оказался случайно погребен под буреломом, она попыталась оттянуть ветки, чтобы лучше его рассмотреть. Из царящего мрака сверкнуло два желтых глаза, после чего маленькая бурая тень поспешно выскочила на свободу. Никс сразу узнала в ней Кириан: крупная морда, темные кисточки на ушах и отвратительный шрам вдоль бока. Кошка не спешила благодарить свою спасительницу: зашипев, она умчалась прочь, снова скрывшись в кустах.

Большего Никс не успела увидеть, потому как за спиной раздался оглушительный треск, следом за чем ее окатила несносная волна жара. Обернувшись, она едва не раскрыла рот от изумления: из сплошного потока воды, извергаемого левиафаном, вырвалось Нечто. Поначалу Никс приняла его за странный огненный шар, но вот от него отделилось два ярких всполоха, походящих на крылья, а из места, превратившегося в утонченную шею, украшенную короной пламенных перьев, раздалось пение столь прекрасное, что на глаза навернулись слезы.

Птица воспарила в небеса, и ее трель была прервана гневным ревом левиафана. Поняв, что жертва от него ускользает, он взметнулся ввысь, щелкнув смертоносными зубами там, где мгновение назад была огненная птица. Она не повременила ответить, сердито застрекотав, после чего взмахнула широкими крыльями. От кончиков перьев оторвались две вспышки, ударив змея по морде. Левиафан рыкнул, вновь попытавшись ухватить феникса, но тот взмыл еще выше, после чего грациозно развернулся и метнулся к змею подобно огненной стреле. Его когти впились у затылка, за вибрирующими плавниками. Птица принялась хлестать крыльями и клевать, вынуждая противника метаться в бессилии.