У меня перехватывает дыхание. Айк не имеет ничего против Вилии, но он видел Мальпе на записи и мог понять, кто был с нами тогда в кафе.
Он поднимается на яхту, но я остаюсь сидеть на причале.
Судя по замешательству, Айк все еще никак не привыкнет к тому, как я с ним разговариваю. Ничего, если не дурак, то поймет, что лучше потерпеть. Он закидывает сумку на плечо и нехотя спускается обратно.
Послушно, словно маленький ребенок, Айк следует за мной. Единственное, что он так и не выпустил из рук - фотоаппарат. У меня же с собой мощный фонарь. Больше нам ничего не нужно. Он еще не понимает, но пары часов нам будет более чем достаточно, чтобы утолить его любопытство.
Айк больше не смотрит на меня. Куда-то в сторону горизонта он бормочет еле слышно.
Он хмыкает, и я решаю не дожидаться ответа, волной поднимаю тонкий слой воды и окружаю Айка сферой. И без того огромные его зеленые глаза распахиваются так, что я начинаю всерьез опасаться за психическое здоровье спутника.
Еще кивок. Отлично. Кажется, мы поняли друг друга. Закатываю шар в воду, стараясь не слишком торопиться и дать привыкнуть ко всему происходящему своему пусть и нежеланному, но гостю.
Он напуган. Есть такие моменты, когда страх зашкаливает, заставляет потерять контроль. И этот - один из них. Я нахожусь немного сзади воздушной сферы и не вижу выражение его лица. Но я ощущаю его истерику даже со спины. Молчаливую, холодную, пробирающую до костей. Он дрожит. Дрожит так сильно, что это заметно даже с расстояния в пару метров. Мне жаль его сейчас. Он уже потерял родителей и теперь пытается спасти сестру. И если бы обстоятельства сложились иначе, я бы был на его стороне, и мы бы справились. Но он намерен поймать русалок. И даже если он отпустит их, как только разрешит свои сомнения и спасет Тину от беды, которая так навязчиво ему является в каждом его видении, я все равно не готов принимать в этом участие. Для меня это не просто русалки. Они - семья Мальпе. И я обещал их защищать. Мало того, я обещал их спасти.