– Еще бы! Но ни слова не сказала. Но больше всего стало больно, когда он заговорил о разводе – сегодня утром он не в первый раз поднял вопрос. Люкер, послушай, я доверюсь тебе, я попробую…

Она отвернулась на несколько мгновений, размышляя о том, какие трудности ее ожидают. Затем, повернувшись к сыну, закричала:

– О боже, дай мне хоть стакан подержать. Мне нужно что-то обхватить пальцами!

Люкер соскользнул с огромной кровати из красного дерева и потянулся.

– С тобой все будет в порядке, – беспечно сказал он.

Глава 9

По пути из Мобила Дофин захватил полдюжины лобстеров, и Одесса сварила их на ужин с картошкой и салатом из капусты на гарнир. Все ели вместе в столовой дома Сэвиджей, и Люкер любезно воздержался от обвинений Большой Барбары в том, что из-за ее пристрастия к алкоголю все остальные не смогут насладиться вином или пивом за ужином. Трапеза прошла не слишком весело, так как всех обуревали мрачные мысли, но, по крайней мере, все были голодны. И только когда они доели своих лобстеров, и треск панцирей и шум высасываемого из разбитых оболочек сладкого мяса больше не скрывали молчания, безмолвие стало угнетающим.

Дофин, преисполненный чувства долга, взял на себя ответственность всех спасти. Презрев условности, он обратился к Индии без всяких предисловий:

– Люкер сказал, что мне не следовало ехать в Бельдам после смерти мамы, что мне лучше остаться в Мобиле…

– Да, – ответила Индия, не понимая, почему это замечание адресовано ей. – Я знаю, что он это сказал. Но ты не согласен.

– Нет, не согласен. Бельдам – это место, в котором я провел счастливейшие моменты жизни. Мне двадцать девять, и я приезжаю в Бельдам каждое лето с тех пор, как родился. Я никогда не хотел съездить куда-то еще. Вы не можете себе представить, насколько я был счастлив в те каникулы, которые я провел здесь с Люкером, – и как несчастлив был тогда, когда приходило время возвращаться в Мобил! Люкер со мной не разговаривал, когда мы возвращались домой. В Бельдаме мы были лучшими друзьями, но в Мобиле он мне и секунды не уделял.

– Ты на три года младше меня, – пожал плечами Люкер. – А мне нужно было поддерживать имидж.

– Это меня очень огорчало, – сказал Дофин, усмехаясь. – Как бы то ни было, все равно приезжал сюда даже после того, как Люкер женился и перестал здесь появляться. Мы приезжали с мамой и Одессой, я и тогда был вполне счастлив. А все это время Ли росла и была такой умницей: стала лучшей выпускницей класса в старшей школе, попала в список лучших студентов Вандербильта и повсюду выигрывала конкурсы красоты…

– Я играла Царицу ночи Моцарта, – самоиронично заметила Ли. – А еще я однажды выиграла электрическую зубную щетку на конкурсе стихов.

– В любом случае, – сказал Дофин Индии, – мне казалось, что самый чудесный момент в жизни случился, когда мы были вместе в Бельдаме и она гуляла со мной по пляжу.

– Это потому, что я знала, что у тебя не меньше восемнадцати миллионов долларов на счету, – сказала Ли мужу.

Он не обратил на нее внимания.

– И однажды мы сидели за этим столом, только она и я…

– Я была наверху, рассказывала Мэриэн, что сейчас произойдет, – сказала Большая Барбара.

– А Одесса на кухне пыталась убить осу, – засмеялась Ли, – и все время, пока Дофин пытался сделать предложение, мы слышали шлеп-шлеп-шлеп по стенам и грохот сковородок.

– … и я сказал: «Послушай, Ли, я знаю, что ты умна и что около восемнадцати миллионов мужчин спрыгнули бы с движущегося грузовика, только чтобы получить возможность сделать тебе комплимент, но у меня много денег, и если мы поженимся, ты наверняка хорошо повеселишься, тратя их»…

– И я сказала: «Дофин, конечно, повеселюсь!» – продолжила Ли. – Так и делаю!

– Что ж, Барбара, – сказал Люкер, – теперь, когда Ли пристроена, я надеюсь, что вы изменили свое завещание и сделали меня единственным наследником компании МакКрэев.

– Это будет зависеть от того, как ты будешь относиться ко мне в будущем, – ответила Большая Барбара.

Одесса вышла из кухни, чтобы налить еще кофе и вынести посуду. Вопрос Индии почти затерялся под грохотом тарелок:

– Дофин, ты тоже боишься третьего дома?

– Да, – ответил он без колебаний.

– Почему ты задаешь такие вопросы, деточка? – удивилась Большая Барбара.

– Потому что Люкер боится.

– Люкер, – обратилась мать, – ты наговорил ребенку небылиц?

Люкер не ответил.

– Индия, – сказала Ли, – в третьем доме ничего нет. Люди просто себе надумывают, потому что он заброшен, засыпан песком и так далее. Просто это место выглядит… – она не хотела заканчивать предложение.

– Как будто с ним что-то не так, – подхватил Люкер. – Вот и все. Индия спросила меня, почему мы не приглашаем сюда никого, кроме членов семьи, и я рассказал ей про вечеринку в честь выпускного Дофина.