– Его труп наверху, на плато у святилища Корпус Кристи. Там ещё человек пятнадцать, индейцы из охраны. Мы прошлись по всем хижинам. Кто-то перерезал им глотки, судя по всему, это случилось ночью, пока они спали. Что прикажете делать, сеньор?

Не ответив, Михаил повесил трубку.

…Он теперь точно знал, что нужно делать. Но этим следовало заняться в одиночку.

Глава 7

Галлюцинация

(конец августа – начало октября 2015 года)

…Сцена снята в довольно модной сейчас манере «дёргающейся камеры», по типу «свифт-колора»: вроде бы и не чёрно-белое, но в то же время и не цветное. Персонажи чуточку расплываются и светятся по краям, как это принято в современном кино, когда показывают воспалённый бред или наркотические «трипы». Съёмка немного замедлена, хотя и не слоу-мо. Обычно главные герои фильма так вспоминают сон, который видели очень давно.

…Аэропорт в Москве. Кажется, Домодедово или Шереметьево – самый стандартный. Царит отпускной сезон, залы переполнены: стада потных людей в шортах и цветастых рубашках тащат за руки ноющих детей, скрежещут чемоданы на колёсиках, громом гремят объявления о прибывших-убывших рейсах. Камера плавно «наезжает» на розовощёкого туриста в тёмных очках, с рюкзаком за плечами, – он ничем не выделяется из толпы: в шортах по колено и гавайке с зелёными пальмами стоит в очереди на регистрацию. Зритель сразу узнаёт Олега Смолкина. Камера переключает картинку, как бы отматывая время вперёд, и вот Олег уже летит в самолёте, ёрзая в неудобном кресле экономкласса. Стюардессы, скучно улыбаясь, везут по салону тележки, Олег пьёт томатный сок из пластикового стаканчика. Затем пассажиров спрашивают, курицу или рыбу они желают, и большинство голосует за курицу, хотя она неотличима по вкусу от микроволновочно-целлофановой рыбы. Аэропорт пересадки. Судя по громадным свиным ногам с копытцами, массово висящим на крюках в duty free, – Испания. Олег бесцельно бродит между прилавками, сонно покупает пару упаковок с хамоном, бутылку текилы, думает, взять ли конфет, но в итоге кидает коробку обратно на полку. Говорит по мобильнику, и зритель едва различает его голос посреди аэропортовского шума. «А, Саш, привет. Не, я в отпуске. Не-не. Всё время на Кубу да на Кубу, а тут решил по Южной Америке прокатиться по приколу. Венесуэла там, Рио-де-Жанейро, Боливия, Перу. Да, ништяк. Согласен, бабла жалко, кризис… Но я три года собирался, и сам понимаешь: один раз живём. Что такое бабло? Умрёшь, с собой не возьмёшь. Не, Вика не поехала, ты ж её знаешь – она вируса эбола боится. А? Да ей пофиг, что эпидемия в Африке. Она ж курица и никогда в географии не разбиралась. Что? Чего? Ааааа… Да нет, недельки на четыре, по полной программе. Потом фотки в Фейсбуке вывешу, Вика от зависти сдохнет – она дальше Антальи своей носа не высовывала. Да, давай, обнимаю, счастливо». Щелчок. На экране – новый самолёт: больше, комфортабельнее. Стюардессы в зелёной униформе. Олег спит, свесив голову набок, на откидном столике катается пара стаканчиков, внутри точно был не сок, – какой же турист не поддастся русскому народному способу сократить долгий перелёт? Авиалайнер снижается, заходит на посадку со стороны лазурного океана, в окошко видны пальмы и жёлтенькие здания так называемого мавританского стиля. Зевающий во весь рот Олег у кабинки пограничного контроля. Розовый штампик на странице паспорта, получение чемодана (пришлось побегать за ним, догоняя ленту), встреча с представителем отеля, гонки в раздолбанной машине по улицам города, регулировщицы – исключительно женщины[23]: Смолкин с удивлением рассматривает из окна драндулета смуглых сеньорит в оливковых мундирчиках. Гостиница – по виду «трёшка», обшарпанная, но в то же время приличная. Посапывающий на кровати Олег. Вечер. Бар. Знакомство, беседа, объятия смуглой девушки с ярко накрашенными губами: рот похож на мишень. Олег склоняется к её уху, она кивает, смеётся, он роется в портмоне, достаёт пятидесятидолларовую бумажку. В номере. Девушка верхом на мужчине, ритмично двигается, бёдра лоснятся от пота, – камера показывает соитие с разных сторон, но весьма целомудренно, грудь и ягодицы партнёрши Смолкина прикрыты тонкими чёрными полосками. Утро. Олег кидает в стакан круглую таблетку, и она сейчас же взрывается пузырьками пены. Жадно пьёт, держась за голову. Падает в постель и спит дальше – рядом с обнажённой мулаткой, зарывшейся в одеяло.

Затемнение. Следующие кадры, как новой серии.