— Хуже, чем ты думаешь! — усмехнулась принцесса. — Свиньи! Розовые такие симпатичные хрюшки. Он с ними балуется, об этом вся Налангия знает, сколько бы он народу на кол ни сажал, а разговоры идут.

— Значит, ты не хочешь отсюда уходить? — спросил Айрвен. — Всю жизнь собираешься просидеть здесь, в драконьей норе? Разве это выход?

— А что я могу поделать? — пожала плечами принцесса. — Пока, во всяком случае, лучше, чем было. А потом еще что-нибудь придумается.

— Все на самом деле куда хуже, прекрасная Катарена! — раздался вдруг третий голос, низкий, хриплый и тяжелый как чугун. — Тебе опасно здесь оставаться.

Айрвен вздрогнул и засуетился, нащупывая отложенный куда-то в сторону меч. Страшно было поднять голову — но он пересилил себя. Повернулся, взглянул.

Говорил дракон.

5

Глядя на эти огромные, усеянные слегка искривленными клыками челюсти, Айрвен понял: вчерашняя девчонка говорила правду. А врали как раз почтенные наставникидраконоборцы. Мечи и копья против такой зверюги — все равно что человеку иголки ежика. Наверное, только магия способна поразить это свернувшееся кольцами чудовище. Но магию им в Благородном Училище не читали.

— Здесь больше нельзя оставаться, — слова вылетали из драконьей пасти вместе с клубами пара. — Приближается срок. Мне давно уже надо было вернуть тебя домой, Катарена, но было страшно… не зачтут. Накажут…

— Что с тобой, Граста? — принцесса, подойдя вплотную к дракону, погладила его по яркозеленой чешуе. — Раньше ты не говорил такого.

— Мне казалось… все как-нибудь само устроится, — дракон говорил медленно, и видно было, что звуки человеческой речи даются ему с трудом. — Но ничего не получилось. Время истекло, сегодня меня должны проверить, сегодня решится, сдан ли мой экзамен.

— Что?! — едва ли не хором выкрикнули Айрвен с принцессой. Какой экзамен?!

— На окончание школы, — грустно сообщил дракон. — У нас ведь, у первого народа, тоже есть школы.

— Так значит, — недоуменно протянула принцесса, — ты унес меня…

— Да, — подтвердил дракон, — таково было мое экзаменационное задание. Сперва похитить принцессу, потом поразить рыцаря, который явится ее спасать. А я не хочу… только кто же меня спросит…

— А что ты должен был сделать со мной? — голос принцессы заледенел, и Айрвен подумал, что стань она королевой, весь двор свой держала бы в страхе.

— Прекрасная… Давай не будем об этом… для меня это все равно невозможно.

— А он? — Катарена ткнула пальцем в оцепеневшего Айрвена. — Что ты сделаешь с ним?

— Ничего. — Слова падали на каменный пол каплями горячей смолы. Разве могу я причинить ему вред?

А разве нет? — сумрачно подумал Айрвен, глядя на клыки длиной в локоть.

— Плохо быть не таким как все, — добавил дракон. — Все наши надо мной насмехаются, дразнят… Всю жизнь, едва лишь раскололось мое яйцо. Мне не хочется ни с кем сражаться, мне безразлично золото, меня тошнит от уроков колдовства. Знаете, как меня обзывают? Человечья вонючка!

Из черного драконьего глаза выкатилась огромная (в бутыль бы не уместилась!) слеза, потекла по чешуистой коже.

— А что с тобой будет, если экзамен не сдашь? — рискнул спросить Айрвен.

— Ничего не будет, — вздохнул дракон. — В смысле, меня не будет. У нас ведь как: сдал выпускной экзамен — живи, а нет — умри, не позорь первый народ. Наши начальствующие пекутся об общественном здоровье.

— И как… как это должно быть? — тихо спросила принцесса.

— Учителя отведут меня в Зал Порядка, и поставят там. А сами станут вокруг. И сожгут огнем своим.

Несколько минут все молчали. И никому не хотелось первому разбивать тишину.

— Что же нам делать, ребята? — наконец проговорила принцесса.

— Ничего уже не поделать, — ответил дракон. — Надо скорее уходить отсюда. На закате сюда явится моя учительница, почтенная Тхмарргру, принимать экзамен. Если увидит вас — мы погибнем все вместе. Сейчас я вынесу вас из пещеры — и бегите, бегите вниз. Твой конь стар, вынесет ли он двоих? — уродливая голова повернулась к Айрвену.

— Н-ну… Должен, наверное. А ты откуда знаешь, что он стар?

Дракон не ответил. Вместо этого сказал:

— Все, нам пора. Залезайте мне на спину и ухватитесь покрепче.

— Как же ты собираешься выходить? — поразился Айрвен. — Тебе же не протиснуться в туннеле!

— Туннель не для меня, — усмехнулся дракон. — Он для таких как ты. А мы, первый народ, знаем совсем другие пути, для человека непостижимые… И железки свои захватите. А то еще Тхмарргру заметит… она такая подозрительная. Ну, давайте, лезьте!

Уже ухватившись за драконью шею (чешуя оказалась неожиданно скользкой), Айрвен подумал, что Граста все же чего-то недоговаривает. Что-то такое чувствовалось в его словах… словно он и хотел в чем-то признаться, и боялся.

Но размышлять было уже некогда. Огромное тело дракона напряглось, пробежала по нему быстрая волна — и каменные стены стремительно надвинулись, сомкнулись — и вдруг сделались вязкими, тягучими, словно сметана у хорошей молочницы. Все утонуло в буром мареве, и не было там ни верха, ни низа, и даже обычно быстрые секунды застыли оплывающим воском. И только ушибленный затылок болел по-прежнему.

6