Читаем Эквус (ЛП) полностью

Слышится топот копыт. Трое актеров-лошадей резко встают со своих мест. Они одновременно отцепляют от стремянок, стоящих в глубине сцены, кожаные маски, абсолютно синхронно надевают их и направляются на площадку. Подковы цокают по доскам. То одна, то другая маска вздрагивает в такт шагам. Вообще, во всех сценах с лошадьми актеры спорадически встряхивают головами, покачивая масками, сияющими в ярком свете прожекторов слабым стальным блеском.

На мгновение кажется, что они сойдутся в одной точке, там, где в центре конюшни стоит юноша, но тут мизансцена резко меняется, актеры поворачиваются спиной к Алану, будто их в стойлах сдерживают уздечки. Юноша погружается в жаркий мир животных. Зачарованный, он непроизвольно склоняется в реверансе, таком глубоком, что его колени почти касаются земли. Неожиданно одобрительный возглас Дэлтона, вошедшего в конюшню следом за Джилл, возвращает Алана в реальность. Юноша в смущении поднимается с пола.)

ДЭЛТОН. Сначала надо овладеть практикой нашего ремесла. Запомни это и не забывай. Я хочу, чтобы здесь всегда было сухо и чисто, а животные выглядели опрятно. После того, как уберешь навоз, Джилл преподаст тебе кое-какие уроки в науке ухода за лошадьми. А точнее, в той области этой науки, которую мы называем «чисткой лошади».

ДЖИЛЛ. По-моему, Кавалерист подцепил камень.

ДЭЛТОН. Да? Давай поглядим.

(Он подходит к коню, стоящему у левой скамейки и балансирующему на одной ноге. Дэлтон осматривает копыто.)

Ты права. (Алану.)Видишь? Вот тут как бы буква V. Это то, что мы называем «жабой». Что-то вроде амортизатора. Потом сам разберешься. Когда там застревает камень, нужно некоторое время, чтобы все зажило. Вот, ты хотел взглянуть на это. Камень вытаскивается с помощью одного инструмента, который мы называем подковочисткой.

(Он достает из кармана невидимую пику.)

Запомни, как с нею обращаться. Она очень острая. Это делается вот так.

(Быстро удаляет камень.)

Понял?

(Алан восторженно кивает.)

Скоро сам справишься. Джилл присмотрит за тобой. То, чего она не знает о конюшнях, не стоит того, чтобы об этом знать.

ДЖИЛЛ (благодарно). О да, вы правы!

ДЭЛТОН (отдавая Алану пику). Осторожнее с этим. Главное правило: чего не знаешь — спроси. Никогда не притворяйся, что знаешь, если не знаешь. (Улыбаясь.)А вообще-то, по правде говоря, главное правило — это хорошо провести время. Точно?

АЛАН. Да, сэр.

ДЭЛТОН. Отлично, пацан. Увидимся позже.

(Он ободряюще кивает ему и покидает площадку. Алан трепетно кладет подковочистку на левый поручень площадки.)

ДЖИЛЛ. Ну вот. А теперь давай чистить лошадей. Начнем с того красавца. Он так выглядит, словно очень в этом нуждается.

(Она приближается к Самородку, который стоит справа. Хлопает его по плечу. Алан садится и наблюдает за ней.)

Это Самородок. Мой любимчик. Кроткий, как ребенок, правда? Но когда нужно, бегает быстрее всех.

(На протяжении следующего эпизода она жестами берет с правой скамейки разные предметы и манипулирует ими.)

Вот это жесткая щетка, с нее мы и начнем. Затем работаешь гребешком. Это очень важно. А тут пользуешься скребницей. Чистить нужно всегда в одном направлении: от ушей книзу. Не бойся делать это твердо. Чем тверже, тем больше это нравится лошади. Продавливай прямо до самой кожи; вот так.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Театр
Театр

Тирсо де Молина принадлежит к драматургам так называемого «круга Лопе де Веги», но стоит в нем несколько особняком, предвосхищая некоторые более поздние тенденции в развитии испанской драмы, обретшие окончательную форму в творчестве П. Кальдерона. В частности, он стремится к созданию смысловой и сюжетной связи между основной и второстепенной интригой пьесы. Традиционно считается, что комедии Тирсо де Молины отличаются острым и смелым, особенно для монаха, юмором и сильными женскими образами. В разном ключе образ сильной женщины разрабатывается в пьесе «Антона Гарсия» («Antona Garcia», 1623), в комедиях «Мари-Эрнандес, галисийка» («Mari-Hernandez, la gallega», 1625) и «Благочестивая Марта» («Marta la piadosa», 1614), в библейской драме «Месть Фамари» («La venganza de Tamar», до 1614) и др.Первое русское издание собрания комедий Тирсо, в которое вошли:Осужденный за недостаток верыБлагочестивая МартаСевильский озорник, или Каменный гостьДон Хиль — Зеленые штаны

Тирсо де Молина

Драматургия / Комедия / Европейская старинная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Том 2: Театр
Том 2: Театр

Трехтомник произведений Жана Кокто (1889–1963) весьма полно представит нашему читателю литературное творчество этой поистине уникальной фигуры западноевропейского искусства XX века: поэт и прозаик, драматург и сценарист, критик и теоретик искусства, разнообразнейший художник живописец, график, сценограф, карикатурист, создатель удивительных фресок, которому, казалось, было всё по плечу. Этот по-возрожденчески одаренный человек стал на долгие годы символом современного авангарда.Набрасывая некогда план своего Собрания сочинений, Жан Кокто, великий авангардист и пролагатель новых путей в искусстве XX века, обозначил многообразие видов творчества, которым отдал дань, одним и тем же словом — «поэзия»: «Поэзия романа», «Поэзия кино», «Поэзия театра»… Ключевое это слово, «поэзия», объединяет и три разнородные драматические произведения, включенные во второй том и представляющие такое необычное явление, как Театр Жана Кокто, на протяжении тридцати лет (с 20-х по 50-е годы) будораживший и ошеломлявший Париж и театральную Европу.Обращаясь к классической античной мифологии («Адская машина»), не раз использованным в литературе средневековым легендам и образам так называемого «Артуровского цикла» («Рыцари Круглого Стола») и, наконец, совершенно неожиданно — к приемам популярного и любимого публикой «бульварного театра» («Двуглавый орел»), Кокто, будто прикосновением волшебной палочки, умеет извлечь из всего поэзию, по-новому освещая привычное, преображая его в Красоту. Обращаясь к старым мифам и легендам, обряжая персонажи в старинные одежды, помещая их в экзотический антураж, он говорит о нашем времени, откликается на боль и конфликты современности.Все три пьесы Кокто на русском языке публикуются впервые, что, несомненно, будет интересно всем театралам и поклонникам творчества оригинальнейшего из лидеров французской литературы XX века.

Жан Кокто

Драматургия