Читаем Эксперт № 51 (2014) полностью

В сложившихся обстоятельствах для покрытия дефицита регионы вынуждены наращивать долг. На третий квартал 2014 года он составил 33,8% собственных доходов (см. график 5). Из его общего объема 38% — это краткосрочные кредиты банков с повышенными ставками, что негативно сказывается на величине финансовых рисков. На долю бюджетных кредитов приходится только 31%. Число регионов с долей госдолга более 50% в собственных доходах в третьем квартале увеличилось до 41 по сравнению с 34 за тот же период прошлого года.

Впрочем, даже используя в качестве источников финансирования развития региона достаточно дорогие кредитные ресурсы, можно добиться вполне ощутимых результатов. Так, в регионах с максимальным уровнем долга — Чукотском АО, Республике Мордовия и Белгородской области — основная часть привлеченных средств используется на софинансирование бизнес-проектов и модернизацию инфраструктуры. Это уже приносит свои плоды. В частности, в Мордовии в этом году (по данным за три квартала) доля налога на прибыль в собственных доходах выросла более чем вдвое (с 12,6 до 34,4%), а долг сократился. Основной фактор — приход в регион крупного игрока (Danone) и открытие новых производственных цепочек на старых предприятиях.

Другое дело, когда заемные средства просто «проедаются», направляясь преимущественно на финансирование роста зарплат бюджетников. В числе регионов, в последние три года повышающих долю социальных расходов в бюджете в ущерб инвестиционному развитию, традиционно сильная Свердловская область. Сегодня она лидер по уровню социальных расходов: по данным третьего квартала 2014 года, они достигают 75,3%, хотя еще два года назад были на уровне 68%. Доля же поступлений от налога на прибыль с 2012 года по третий квартал 2014-го упала с 27,3% в суммарных доходах до 22,1%. В результате более слабая Мордовия занимает более высокое, 28-е, место по уровню управленческого риска в нашем рейтинге, тогда как Свердловская область находится на 37-й позиции.

Ручное управление

Не секрет, что качество управления в период кризиса приобретает особое значение, оттесняя на второй план другие факторы, даже ресурсные. Беда в том, что в последние годы именно управленческий риск оставался самым высоким для российских регионов. Конечно, за последние пять лет ряду регионов удалось добиться заметных успехов в налаживании управления. Десятку лидеров по абсолютному снижению индекса управленческого риска возглавляет Чеченская Республика (см. график 6). Именно наведение порядка в управлении и ликвидация террористических угроз позволили ей в этом выпуске рейтинга подняться сразу на две позиции и покинуть квадрант 3D, объединяющий регионы с экстремальным уровнем инвестиционного риска. Однако пока такие регионы в явном меньшинстве.

О необходимости кардинального улучшения ситуации с управлением в регионах и создания приемлемого для инвесторов бизнес-климата последние три года говорилось много. И не только говорилось — делалось. Регионы внедряли стандарт Агентства стратегических инициатив (АСИ), писали требуемые стратегии. Казалось бы, и результат наконец появился. В этом году Россия поднялась с 92-го на 62-е место в рейтинге Doing Business. Вот только в реальности чувствуют себя более или менее уверенно лишь немногочисленные крупные инвесторы, с которыми региональные администрации работают эксклюзивно, в ручном режиме.

Один из таких крупных французских инвесторов поделился своим опытом взаимодействия с региональными властями: «У нас очень быстро были выстроены коммуникации с региональной и местной властью. Уже на первой неделе после покупки мы встречались с губернатором и министром промышленности, который был прикреплен к нашей компании, чтобы помочь в разрешении возникающих вопросов. И в течение двух недель встретились с мэром Самары. В целом решить какой-то вопрос, получить принципиальное согласие на уровне руководителей — это очень быстро. Но потом решение начинает тормозиться на более низких уровнях».

Средние и мелкие инвесторы таких привилегий лишены. А зря, ведь в сегодняшней ситуации шансы на появление новых масштабных инвестпроектов невелики. Зато комфортные условия для всех заинтересованных бизнес-структур, вне зависимости от объема их капиталовложений, могли бы дать вполне осязаемый результат.

Узкие места

Чтобы оценить реальную ситуацию во взаимодействии региональных властей и инвесторов, мы провели специальное исследование мнений представителей реального сектора (на нашу анкету ответили руководители почти 80 отечественных и зарубежных компаний, у 20 инвесторов и чиновников мы взяли углубленные интервью). Картина состояния инвестклимата в регионах получилась не самая радостная. Наиболее низкие оценки были получены как раз в отношении эффективности формальных нефинансовых мер поддержки, доступности подключения к электроэнергии и воде и скорости прохождения проектной и разрешительной документации (см. график 7).