Читаем Эксперт № 31-33 (2014) полностью

Таким политическим проигрышем обернулось поведение Германии в отношении России в ходе Русско-японской войны, начавшейся в феврале 1904 года. В апреле англичане и французы, опасаясь, что они могут оказаться втянутыми в войну в противоположных лагерях, подписали ряд соглашений, традиционно называемых Антантой. Поскольку война была неудачной для России, немцам представилась возможность отделить Россию от Антанты. Россия имела свои собственные проблемы с Англией на Ближнем Востоке и в Южной Азии и, борясь против Японии в Корее и Маньчжурии, была бы уязвима в Европе в случае германского нападения. Однако немцы не выторговали из этой ситуации ничего: предложив русским моральную поддержку и безопасную западную границу, они получили в ответ лишь временное выражение доброй воли. В то же время поддержка России немцами вызвала в Англии небольшую военную панику. Опираясь на соглашение с Францией, англичане вывели свои основные суда из Средиземного моря и сконцентрировали их против Германии в Северном море. В итоге Германия окружила себя врагами с трех сторон.

Россия: несбывшаяся надежда на выход из пата

К концу 1914-го европейские державы осознали, что надежды на скоротечный конфликт не сбылись, и война продолжалась в ситуации пата. В частности, Россия разменяла наступление в Галиции, которое привело к взятию Львова и продвинулось почти до Кракова, на весьма чувствительное поражение на севере, потеряв в котле Танненберга целую армию — 150 тыс. человек и 500 орудий и, что не менее важно, важнейший логистический центр на западе — Варшаву. Ни одна из тактических целей войны не была достигнута; в частности, австро-венграм не удалось даже выбить из войны маленькую и отсталую Сербию, все армии понесли невиданные прежде потери, запасы боеприпасов заканчивались, а взаимное озлобление делало надежды на дипломатическое урегулирование еще более призрачными, чем летом.

Выход из тактического тупика виделся в двух направлениях: в создании более эффективных, чем традиционные, видов вооружения и в поиске слабого звена в коалиции, выведение которого из войны могло бы изменить баланс сил. Только что появившиеся инновации в виде радиосвязи и самолетов стали понемногу применяться, однако им требовалось еще одно поколение, чтобы стать серьезным фактором в войне. Тремя важными инновациями в вооружении стали минометы, позволявшие забрасывать мины в окопы противника, автоматическое ручное оружие и огнеметы. Отличительном знаком Первой мировой стало применение химического оружия, но, несмотря на широкое использование газа обеими сторонами, ему нигде не суждено было стать решающим фактором.

Слабым звеном в коалиции центральных держав виделась Османская империя, с вступлением которой в войну в ноябре 1914-го образовались ближневосточный и кавказский театры военных действий. Однако дорогостоящая война на Ближнем Востоке привела к краху Турции лишь в октябре 1918 года — слишком поздно, чтобы оказать какое-то влияние на исход войны.

С другой стороны, слабым звеном в коалиции Антанты виделась Россия — в первую очередь по географическим причинам. Восточный фронт был слишком протяженным, чтобы организовать там сплошную линию обороны, и центральные державы могли использовать все еще сохранявшееся преимущество в мобильности и логистике. Усилив Восточный фронт, они в 1915 году одержали там ряд впечатляющих побед, отвоевав назад все русские приобретения первого военного года. Однако Россия отказывалась разрушаться, пока в следующем году ее не накрыл серьезный экономический кризис.

Стоит напомнить, что российская экономика за четверть века, предшествующую войне, стала одной из наиболее динамичных экономик мира, ее душевой ВВП без учета Польши и Финляндии рос примерно на 1,8% в год (эта цифра учитывает уточненную оценку населения, численность которого дореволюционные статистики завышали из-за неверного учета миграции из села в город). По этим показателям Россия чуть уступает Германии и несколько больше — скандинавским странам, но слегка опережает США и Японию. С учетом быстрого роста населения российский ВВП за рассматриваемый период вырос не менее чем в два с половиной раза (среднегодовой темп 3,4%), несмотря на то что неудачная дальневосточная война и последовавший за ней политический кризис, а также два глобальных финансовых кризиса (1900-го и 1908 годов) привели к тому, что уровень душевого ВВП 1904 года будет превзойден лишь в предвоенном 1913-м. Индустриализация базировалась на значительном притоке прямых иностранных инвестиций, за счет которых финансировался 41% накопленного в стране капитала в промышленности и банковском секторе.