Читаем Эксперт № 26 (2014) полностью

Пример торговли не единичен. Группа фирм, действующих в сфере финансов и недвижимости, составляет 9,4% общего числа компаний из списка топ-2000 по индексу Берча, но на нее же приходится 9% фирм, образующих список лоу-2000. Еще две укрупненные отрасли, часто порождавшие как импульсы, так и «антиимпульсы» роста, — это строительство и производство стройматериалов, а также машиностроение и металлообработка. Но здесь баланс смещен в сторону неудач. Среди 2000 компаний с низшим (отрицательным) индексом Берча числится 19,4% фирм, работающих в строительном комплексе. А в списке компаний с высшим индексом таковых насчитывается только 13,4%. Для машиностроительного комплекса соответствующие цифры составляют 8,1 против 5,8%.

Если исключить машиностроение*, то оставшиеся отрасли — торговля, строительство, финансы и недвижимость — представляют собой чуть ли не полный набор сфер деятельности, которые российский бизнес полюбил за высокую маржинальность, низкий входной барьер, быстрый оборот капитала, невысокую капиталоемкость и не слишком сложные технологии. Не случайно чуть ли не все знаменитые капитаны отечественного бизнеса стартовали именно в этих секторах. Ведь здесь открывался быстрый и легкий путь к успеху.

Высокая представленность фирм тех же отраслей среди 2000 компаний с низшим индексом Берча делает, однако, отчетливо видимой и оборотную сторону медали. Легкий успех легко обратим. В силу своей общедоступности он не создает долговременных конкурентных преимуществ и может превратиться в провал. Действительно, если рассмотреть торговые компании, вошедшие в лоу-2000 по индексу Берча, то типовое (медианное) снижение выручки в 2012 году по сравнению с 2008-м у них составило 44,4%. При этом страдали и достаточно крупные, казалось бы, устоявшиеся компании: из 588 торговых фирм, имевших в стартовом году периода выручку свыше 1 млрд рублей, 272 к его концу упали ниже этой планки. А ведь наши статистические данные в этом смысле заведомо неполны — они не учитывают тех фирм, которые вообще прекратили свое существование.

Сделаем важную оговорку. Сказанное справедливо на уровне отраслей, но не закрывает пути к успеху для тех, кто сумел найти в стандартном, казалось бы, бизнесе свою предпринимательскую изюминку — трудно копируемое конкурентное преимущество. Этим, кстати, всегда отличались газели. В частности, среди газелей-2012 (см. таблицу 3) есть несколько замечательно интересных торговых фирм. Например, алтайская «Мария-РА», представляющая собой розничную сеть самообслуживания (формат «магазин у дома»), сумела так выстроить кооперацию с локальными, сибирскими производителями пищевых продуктов, что вырвалась на первое место в стране по использованию частных марок (private lable). Нижегородский оптовик «Феррум» выстроил систему закупок, транспортировки, складирования и комплектации заказов, позволившую ему стать комплексным поставщиком металлопроката, крепежа, цепной и якорной продукции, эмали для такой сложной отрасли, как судостроение. Воронежская фруктовая компания сумела так эффективно организовать перевозки скоропортящихся товаров, что кроме основного бизнеса по оптовой продаже овощей и фруктов стала заметным игроком на рынке логистических услуг.

Инновации, оказывается, нужны и в России

Рассмотрим теперь проблему в динамике. Как меняется способность компаний разных отраслей генерировать импульсы роста с течением времени? Мы проделали следующие трудоемкие расчеты. Сначала вычислили отдельно по каждой отрасли экономики (уровень двузначных номеров ОКВЭД) индексы Берча всех входящих в них фирм и определили средние (медианные) значения. Потом ранжировали отрасли по величине этих средних значений за каждый год с 2004-го по 2012-й. В таблицах 1 и 2 представлены результаты по тем отраслям, место которых в общенациональной «табели о рангах» (а значит, и способность генерации импульсов роста) претерпело наибольшие изменения — сдвиг на 10 пунктов и больше.  

В список отраслей, где способность создавать импульсы роста резко сократилась, попали уже знакомые нам строительство и торговля, а также отрасли с сильной циклической зависимостью — автомобилестроение и металлургия, которым крайне трудно функционировать при нынешней слабой конъюнктуре.

Зато список отраслей, с годами нарастивших свою способность генерировать импульсы роста, впечатляет: химия, включая нефтехимию и производство пластмасс; медицинская техника и приборостроение; научные исследования и разработки (пункт ОКВЭД, под которым в России очень часто действуют инжиниринговые компании); наконец, сельское хозяйство, именно в последнее время во многих своих подотраслях достигшее успехов на новой технологической основе. Этот список поразительно напоминает перечень областей, где в российской экономике в последние годы наблюдалась наиболее сильная инновационная активность, где произошли крупнейшие технологические перемены.