Читаем Эксперт № 24 (2014) полностью

— Необходимо создать компанию, аналогичную другим мировым фирмам, производящим набор сельскохозяйственных машин, необходимых прежде всего для повышения производительности труда и роста урожайности. Сезонная производительность комбайна «Нива» — 500–1000 тонн, причем за тысячу тонн давали звание Героя соцтруда. Производительность «Дона-1500» — от пяти тысяч тонн, сегодняшний «Акрос» выдает 7–10 тысяч тонн. Когда-то «Ростсельмаш» проектировался под производство 75 тысяч комбайнов «Дон», но несложно подсчитать, что для обеспечения всей территории стран СНГ нужно в год выпускать до 15 тысяч комбайнов. В свое время мои попытки сократить объем выпуска встречали жесткий отпор со стороны руководства страны, хотя реализовать на рынке 75 тысяч комбайнов было невозможно. Предвидя сложности, мы в начале девяностых начали развивать номенклатуру изделий: разработали новую конструкцию кормоуборочного комбайна («Дон-680»), жатки к нему, весь набор навесных орудий. Мы разработали совершенно новый комбайн «Дон-2600» — роторный комбайн, сегодня это «Торум». То есть создали всю линейку комбайнов «Дон» и весь набор навесных орудий для уборки зерновых, зернобобовых, масличных культур, кукурузы, трав и риса. В 1987–1988 годах завод ежегодно выпускал уже до 30 тысяч комбайнов «Дон» всех модификаций со всеми навесными орудиями. И уже тогда мы пришли к выводу, что без производства трактора это еще не все сельхозмашиностроение, а только его половина. Мне очень хотелось создать что-то подобное компаниям «Джон Дир», «Клаас» и «Кейс», которые имели и тракторные производства. Но наступил 1991 год — и планы рухнули. Чтобы сегодняшний «Ростсельмаш» достиг пика, ему необходимо освоить производство трактора. Благодаря тому что «Новое содружество» приобрело тракторный завод «Верситайл» в Канаде, мы приблизились к решению этой задачи.

— А зачем предприятию выпускать всю номенклатуру сельхозмашин? Почему недостаточно специализироваться на комбайнах?

— Сельхозмашиностроение может быть сезонным и круглогодичным. Спрос на комбайны начинается в конце мая и заканчивается в октябре. Если мы специализируемся только на комбайнах, то все остальное время завод сбыта не имеет. Поэтому все мировые компании имеют тракторные производства. Если мы осваиваем весь ассортимент сельхозмашиностроения, «Ростсельмаш» становится круглогодичным предприятием.

Важен еще один фактор. Трактор и комбайн — схожие машины. У них могут быть одни и те же двигатели, мосты, гидравлика, системы управления, электроника. Унификация — это, с одной стороны, повышение эффективности производства, а с другой стороны, унифицированные запасные части — это очень удобно для сельхозпредприятий.

— Но почему надо переносить производство канадского трактора в Россию? Ведь в Белоруссии есть тракторный завод.

— Сегодня трактора в России нет. Белорусский трактор — среднего класса, его мощность 80–200 лошадиных сил. А у «Верситайла» до 650. Это значит, что, когда пашет «Беларусь», он тянет максимум четыре отвала, а «Верситайл» — семь-девять. Средний трактор не годится для целого ряда пахотных работ, им обрабатывают только небольшие участки земли. А некоторые виды работ, например разрушение земельных мозолей, им выполнять невозможно.

По климату мы на 95 процентов совпадаем с Канадой. «Верситайл» — самый лучший трактор в Канаде, он подходит нам на 95 процентов. Нам только пять процентов тракторов типа «Джон Дир» надо — для Краснодарского края и части Ставропольского. А во всех остальных регионах нам только «Верситайл» нужен. Правительству страны и руководству «Нового содружества» надо совместно найти возможность создания мощностей для производства этого трактора в России с локализацией на втором этапе как минимум 50–70 процентов.

Мы ведь уникальная страна. И уникальность в том, что у нас 120 миллионов гектаров пашни — это 10 процентов мирового запаса черноземов. А населения у нас — два процента от мирового. То есть мы должны кормить как минимум пять таких стран, как Россия. А мы 50 процентов продуктов сегодня завозим в страну. Это просто катастрофа! Уровень жизни в сельской местности можно поднять, только поднимая производительность, а это невозможно без развития сельхозмашиностроения.

— Каковы перспективы нынешнего «Ростсельмаша»? Завод сейчас осуществил первые поставки роторного комбайна на североамериканский рынок.