Читаем Эксперт № 10 (2013) полностью

Украшало бы и украшало (тем более что «к чему бесплодно спорить с веком?»), когда бы гаджетомания в точности не укладывалась в образ петиметра, образ, на котором отоспалась вся русская культура XVIII в. Петиметр (от фр. petit maître, т. е. «господин, но маленький, в том числе по причине малолетства»), при самом снисходительном отношении — это щеголеватый недоросль, от которого, может, и будет толк, но не иначе как в будущем, когда перебесится, потянет лямку, узнает службу etc. В своем же нынешнем состоянии он, может быть, способен прельщать жеманниц, но уж никак не избирателей, которые, как выше было сказано, желают видеть икону президента, т. е. конный памятник. Тогда как конный петиметр может вызвать у граждан лишь реакцию типа «Поводья затянул — ну, жалкий же ездок. Взглянуть, как треснулся он — грудью или в бок» — что не совсем то, что требуется.

Образ мы выбираем себе сами, никем особенно не побуждаемые, — странно думать, что чекисты под дулом маузера принуждали Д. А. Медведева изображать из себя петиметра. Просто при выборе образа нужно либо иметь развитую интуицию, чтобы попасть в нужную точку и не попасть в ненужную, либо полезно знание русской культуры. И без того и без другого вряд ли можно рассчитывать на успех в публичной политике — и это не только к Д. А. Медведеву относится.          

Перейти на страницу:

Все книги серии Журнал «Эксперт»

Похожие книги

Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
Бомарше
Бомарше

Эта книга посвящена одному из самых блистательных персонажей французской истории — Пьеру Огюстену Карону де Бомарше. Хотя прославился он благодаря таланту драматурга, литературная деятельность была всего лишь эпизодом его жизненного пути. Он узнал, что такое суд и тюрьма, богатство и нищета, был часовых дел мастером, судьей, аферистом. памфлетистом, тайным агентом, торговцем оружием, издателем, истцом и ответчиком, заговорщиком, покорителем женских сердец и необычайно остроумным человеком. Бомарше сыграл немаловажную роль в международной политике Франции, повлияв на решение Людовика XVI поддержать борьбу американцев за независимость. Образ этого человека откроется перед читателем с совершенно неожиданной стороны. К тому же книга Р. де Кастра написана столь живо и увлекательно, что вряд ли оставит кого-то равнодушным.

Фредерик Грандель , Рене де Кастр

Биографии и Мемуары / Публицистика