Читаем Эксперт № 07 (2013) полностью

Не комментирует свои инвестиции в другой крупный российский интернет-актив — сайт объявлений Avito.ru — фонд Barings Vostok; никаких цифр не называет и Runa Capital, вложившийся в онлайн-сервис по изучению иностранных языков LinguaLeo (уточняя лишь, что инвестирует только в те компании, оборот которых может в течение 5–10 лет вырасти до 100 млн долларов либо их база пользователей увеличится до 100 млн человек, и LinguaLeo эти ориентиры также касаются. Сейчас у LinguaLeo 2,2 млн пользователей).

Понятно, что инвесторы ориентируются на доступные им данные, которые они могут оценить, — а это затраты на создание интернет-проекта. Собственно, бум инвестиций в интернет, который выплескивается и на публичные рынки, легко объясним: все видят лишь сравнительно небольшие первоначальные инвестиции и надеются получить сверхъестественную отдачу на вложенный капитал.

«Интернет — уникальное направление инвестиций с низким объемом необходимых капитальных вложений, потенциально высокой доходностью и быстрым сроком окупаемости в случае успеха, — соглашается Олег Сейдак. — Плюс рынок не насыщен, здесь есть место для новых продуктов и поставщиков услуг».

Основная статья затрат в интернет-проектах — заработная плата, на которую всегда приходится больше половины общего бюджета. При этом в разных проектах затраты на сотрудников растут по-разному, зависимость от увеличения числа пользователей у каждого вида бизнеса своя. «В целом команда проекта на стадии идеи — это два-три человека или более ста человек для крупных проектов с миллионами и десятками миллионов пользователей», — объясняет Сейдак.

Партнер бизнес-инкубатора wellSTART Сергей Еремин напоминает, что самое сложное в области интернет-проектов — это создать функционал, то есть «движок» сайта. Именно поэтому содержат армии программистов такие гранды, как Google и Facebook.

К тому же, добавляет Еремин, не стоит забывать про раскрутку. Раскрутка сайта может поглотить любой объем средств. «При этом логика “сегодня заплатили деньги, а завтра на сайт хлынула масса народу” не работает», — добавляет Еремин.

Именно этим, видимо, объясняются огромные инвестиции, в частности, в Avito.ru — в компанию, по данным СМИ, было вложено 100 млн долларов. «По рейтингам LiveInternet у Avito 11,7 процента охвата аудитории рунета, и это серьезная цифра, — говорит Сергей Еремин. — Но дело в том, что функционал сайта не настолько сложен, и 100 миллионов долларов для него — чудовищная сумма. Скорее всего, большая часть денег ушла на телевизионную рекламу, которую Avito проводила довольно широко. Телереклама — очень дорогое удовольствие, может съесть любой бюджет, но в глазах инвестора такие вложения не самые лучшие. Большинство игроков российского интернет-рынка зарабатывают без рекламы на ТВ».

Сегодня на рынке не так сложно узнать себестоимость производства бензина, ботинок, молока, стали — чего угодно. Для большинства секторов примерно понятна и рентабельность. Интернет-рынок в этом смысле закрыт. А хочется же хоть как-то пощупать его экономику. Поэтому мы очень благодарны компании Avito, которая откликнулась на наши попытки понять экономическую сущность явления.

Сейчас Avito не генерирует прибыли, хотя в 2012 году эта площадка объявлений утроила свою выручку (30 млн долларов против 10 млн в 2011 году). Если исходить из вакансий Avito, размещенных в сети, зарплата одного сотрудника в среднем составляет 40 тыс. долларов в год, всего в компании работает 200 человек. В таком случае с учетом социальных взносов и подоходного налога только персонал обходится Avito примерно в 12 млн долларов в год. Филип Энгельберт , исполнительный директор и сооснователь Avito, так комментирует расходы своей компании: «Полагаю, вы ориентировались на вакансии одних из самых высокооплачиваемых специалистов не только у нас в компании, но и на рынке. Наши оклады полностью зависят от занимаемой должности, уровня ответственности и подготовки. Некоторые сотрудники обходятся нам в 4–5 миллионов рублей в год, в то время как расход на других составляет всего 200 тысяч рублей в год. Более 50 процентов сотрудников зарабатывают гораздо меньше, чем вы подсчитали».

Перейти на страницу:

Все книги серии Журнал «Эксперт»

Похожие книги

Блог «Серп и молот» 2021–2022
Блог «Серп и молот» 2021–2022

У нас с вами есть военные историки, точнее, шайка клоунов и продажных придурков, именующих себя военными историками. А вот самой исторической науки у нас нет. Нельзя военных разведчиков найти в обкоме, там они не водятся, обкомы вопросами военной разведки не занимаются. Нельзя военных историков найти среди клоунов-дегенератов. Про архивы я даже промолчу…(П. Г. Балаев, 11 октября, 2021. Книга о начале ВОВ. Черновые отрывки. «Финская война»)Вроде, когда дело касается продавца в магазине, слесаря в автосервисе, юриста в юридической фирме, врача в больнице, прораба на стройке… граждане понимают, что эти профессионалы на своих рабочих местах занимаются не чем хотят, а тем, что им работодатель «нарезал» и зарплату получают не за что получится, а за тот результат, который работодателю нужен. И насчет работы ученых в научных институтах — тоже понимают. Химик, например, работает по заданию работодателя и получает зарплату за то, чтобы дать тот результат, который работодателю нужен, а не тратит реактивы на своё хобби.Но когда вопрос касается профессиональных историков — в мозгах публики происходят процессы, превращающие публику в дебилов. Мистика какая-то.Институт истории РАН — учреждение государственное. Зарплату его научным сотрудникам платит государство. Результат работы за эту зарплату требует от научных сотрудников института истории государство. Наше российское. Какой результат нужен от профессиональных историков института истории нашему государству, которое финансирует все эти мемориалы жертвам сталинских репрессий — с двух раз отгадаете?Слесарь в автосервис приходит на работу и выполняет программу директора сервиса — ремонтирует автомобили клиентов. Если он не будет эту «программу» выполнять, если автомобили клиентов не будут отремонтированы — ему не то, что зарплаты не будет, его уволят и больше он в бокс не зайдет, его туда не пустят. Думаете, в институтах по-другому? Если институты государственные — есть программы научных исследований, утвержденные государством, программы предусматривают получение результата, нужного государству. Хоть в институте химии, хоть в институте кибернетики, хоть в институте истории.Если в каком-нибудь институте кибернетики сотрудники не будут давать результата нужного государству в рамках выполнения государственных программ, то реакция государства будет однозначной — этих сотрудников оттуда выгонят.Но в представлении публики в институте истории РАН нет ни государственных программ исследований, ни заказа государства на определенный результат исследований, там эти Юрочки Жуковы приходят на работу заниматься чисто конкретно поиском исторической истины и за это получают свои оклады научных сотрудников государственного института.А потом публика с аппетитом проглатывает всю «правду» о Сталине, которую чисто конкретно в поисках истины наработали за государственную зарплату эти профессиональные историки, не замечая, каким дерьмом наелась.Вроде бы граждане понимают и знают, что наши государственные чиновники выполняют волю правительства, которое действует в интересах олигархата, и верить этим чиновникам может только слабоумный. Но когда дело касается вопросов к профессиональным историкам, чиновникам государства в институте истории РАН, то всё понимание куда-то исчезает, Витенька Земсков и Юрочка Жуков становятся чисто конкретными независимыми искателями правды о Сталине и СССР. За оклады и премии от государства…(П. Г. Балаев, 30 августа, 2022. «Профессиональные историки и историки-самозванцы»)-

Петр Григорьевич Балаев

Публицистика / История / Политика