Читаем Эксперт № 02 (2013) полностью

Медленные темпы роста мировой экономики могут объясняться не только последствиями финансового кризиса 2008–2009 годов, но и изживающим себя технологическим укладом. Очередной рост будет инициирован новой длинной волной, которая может возникнуть уже в нынешнем десятилетии.

Рисунок: Игорь Шапошников

Год 2013-й начался непросто. В Соединенных Штатах едва не случился вызванный политическим противостоянием фискальный кризис (его удалось лишь отсрочить, но не решить проблему), а политика «затягивания поясов» в Европе настраивает на пессимизм и компании, и инвесторов, и потребителей.

Темпы роста двух крупнейших рынков — США и Евросоюза, на которые суммарно приходится более 30 трлн долларов мирового ВВП, — остаются вялыми. Еще один крупный рынок, Китай, пытается возобновить быстрый рост своей замедлившейся экономики, эта страна является исключением среди развивающихся рынков. На большинстве из них, включая российский, бразильский и индийский, рост прогнозируется скромнее, чем до кризиса. Как результат, темпы увеличения мирового ВВП в 2013 году лишь ненамного превысят прошлогодние (см. график).

Во многом на ситуацию в мировой экономике влияют политические процессы. Споры между странами — членами еврозоны о наилучшем решении проблемы госдолга наиболее проблемных экономик чуть не привели к панике на рынках летом 2012 года, панике, которая могла бы привести к распаду зоны евро. Сегодня это напряжение несколько спало, но Европа не единственный источник мировой политической неопределенности. Так, в Китае, где все политические вопросы традиционно решались за кулисами, борьба за власть между ключевыми группировками внутри компартии неожиданно вышла на поверхность. Такое развитие событий привело к снижению уверенности инвесторов в стране, чья экономика и без политических передряг стала замедляться. В США же новогодние праздники были рабочими для политиков в Вашингтоне, который, как уже было сказано, оказался на грани «фискального обрыва» 1 января 2013 года. Если бы переизбранный в ноябре президент  Барак  Обама  не смог договориться с законодателями в Конгрессе, то Соединенным Штатам пришлось бы столкнуться с секвестром бюджета в 600 млрд долларов. Этого было бы достаточно, чтобы вернуть Америку в рецессию, значительно ухудшив экономические перспективы всего остального мира.

Мировая экономика еще не окончательно восстановилась от последствий кризиса 2008–2009 годов, отчасти из-за паралича экономполитики в развитых государствах. С одной стороны, медленное восстановление было ожидаемо из-за принципиальных разногласий по поводу вариантов выхода из кризиса. Экономические консерваторы настаивали на быстрой фискальной консолидации и сокращении госдолга как на единственно верном варианте ответа на кризис. Экономисты левых взглядов столь же уверенно утверждали, что «затягивание поясов» приведет к ликвидации роста, замедляя восстановление и больнее всего ударив по самым незащищенным. Растущее социальное и экономическое неравенство лишь добавляло масла в огонь этих экономико-политических дебатов. Показательно, что на значимых выборах в 2012 году в трех странах — в России, во Франции и в США — программа победивших кандидатов включала или повышение налогов, или увеличение соцрасходов, или и то и другое.

Современники цикла

Вялым темпам роста мировой экономики можно дать еще одно объяснение — завершение прежней длинной волны экономического подъема, связанной с возникшим в начале 1970-х технологическим укладом информационной экономики. Технологические циклы формируют длинные «волны Кондратьева», названные в честь советского экономиста Николая Кондратьева (1892–1938), который выявил экономические циклы продолжительностью 40–60 лет из чередующихся фаз относительно высокого и низкого роста.

Хотя идеи Кондратьева и не стали частью мейнстримной экономической теории, ими занимаются специалисты, исследующие инновации, развитие и эволюционную экономику. Современные ученые выделяют пять длинных волн (промышленная революция, уголь и пар, сталь и электричество, нефть и автомобиль, электроника и телекоммуникации), связанных с распространением определенных технологий, для которых потребовалось формирование новой инфраструктуры.

Последний цикл, основанный на информации и телекоммуникациях, ведет отсчет с начала 1970-х. Как пишет в своей книге «Технологические революции и финансовый капитал» профессор британского Университета Сассекса  Карлота  Перес , задел для нынешнего цикла сформировался значительно раньше: «Электроника существует с начала 1900-х, и в некоторых сферах она стала важной к 1920-м. Транзисторы, полупроводники, компьютеры и контрольные приборы сделались важной технологией к 1960-м, если не раньше. Но лишь в 1971 году, с появлением микропроцессора, стал очевиден огромный новый потенциал массовой микроэлектроники».