—Счегообычноначинаютснижатьпотребностьврабочемкапитале?

— В первую очередь следует снижать собственную заработную плату и премии, а также зарплату административно-управленческого персонала и персональных водителей, расходы на командировки. Это колоссальная проблема и нагрузка для финансового директора, ведь он должен определить квоту этих затрат, съедающих очень большую прибыль. Но как объяснить это топ-менеджерам? И тут опять мы обращаемся к опыту современной западной системы. Вместо обычной бухгалтерской прибыли предлагается считать экономическую прибыль — EVA (economic value added: доход, полученный компанией за вычетом стоимости финансирования ее капитала). Все компании живут по критерию EVA: она больше нуля — значит, командировка будет, меньше нуля — ценность компании разрушается, значит, топ-менеджеры не справились со своей задачей. И зарплата топ-менеджеров, очень обременительная в структуре расходов, определяется наличием положительной EVA. EVA — это попытка уловить собственно вклад топ-менеджеров в прирост ценности компании.

—Акакс EVAделаобстоятвроссийскихкомпаниях?

— После кризиса большинство имеет отрицательную экономическую прибыль. Сокращать зарплаты в этой ситуации — лишь первый ход. Второй ход, о чем я все время говорю, кричу практически, — это повышение эффективности. Эффективность — чрезвычайно тонкая штука. Это рентабельность, хотя я не люблю этого слова, теперь чаще говорят «доходность». В числителе — доход, и он может измеряться либо валовой прибылью, либо чистой прибылью, либо операционной прибылью, EBITDA, EVA, либо это операционный денежный поток откорректированный — способов много. Идет поиск идеального измерителя. Сейчас самый популярный показатель, с которым работали Майкл Портер, Каплан и Нортон в сбалансированной системе показателей, — операционная доходность (ROIC). Принцип очень простой: в числителе — операционная прибыль, из которой еще не взяли проценты и налоги, а в знаменателе — инвестированный капитал, то есть активы компании, в которых со знаком «минус» сидит кредиторская задолженность. Если операционную доходность соотнести со средневзвешенной стоимостью рабочего капитала (WAAC), то получится показатель, который называется «спред доходности». Величина этого показателя отрицательна для России. Это означает, что компания не может вернуть взятый кредит — нет потенциала по эффективности на возврат. Поэтому я заставляю всех разрабатывать программы повышения ROIC — это связано в первую очередь с ускорением оборачиваемости активов и с затратами. Трудность здесь в том, что уже нет культуры даже времен советских техпромфинпланов: забыли все, что связано с запасами; забыли культуру инкассации дебиторской задолженности, самые обычные вещи.

—Получается,чтодлякомпаниивусловияхростапредпочтительнееграмотноуправлятьсвоимденежнымпотоком,чембратькредиты?

— Есть концепция устойчивого роста. Когда финансовый леверидж не растет, то и финансовый риск не растет. Потому что финансовый риск — это соотношение собственного и заемного капитала. Если я наращиваю собственный капитал и пропорционально беру взаймы — это допустимо. Но за собственный капитал борется очень малое количество людей.           

Почему у нас ничего не получается?

Третьяков Виталий

И не получится, если так будем и дальше действовать

ИТАР-ТАСС

Тема и предмет данной статьи столь обширны и объемны, что вместить все необходимое в отведенную журнальную площадь можно лишь в том случае, если текст будет предельно афористичным, то есть в определенном смысле и бездоказательным. Большинство аргументов, которые можно было бы привести, я вынужден вынести за пределы этой статьи. Приношу за это свои извинения объективным читателям и заранее отвергаю соответствующие обвинения и связанные с ними возражения критиков и критиканов.

Что есть Россия?

Даю свое определение России — определение, необходимое для понимания моей позиции.

Россия существует в четырех ипостасях — как страна—цивилизация—нация—государство (все четыре составляющие важны и взаимосвязаны) — и в четырех же измерениях, то есть не только в пространстве, но и во времени. Причем прошлое России определяет ее будущее больше, чем наша сегодняшняя активность и наши сегодняшние представления о ее прошлом и желаемом будущем. Коротко говоря: Россия четырехмерна внутри себя и существует в четырех внешних измерениях, по отношению к которым мы вторичны. Но, конечно, не пассивны.