Читаем Эксперт № 01 (2013) полностью

После шока 1999 года власть решила окончательно решить исламский вопрос, поэтому преследовать стали не только ИДУ, но и относительно умеренные исламистские организации, такие как «Хизб ут-Тахрир». Как и ИДУ, «Хизб-ут Тахрир» называла главной причиной проблем страны «отсутствие ислама в ее повседневной жизни», в том числе «отсутствие исламской системы правления», однако в отличие от ИДУ отрицала силовой путь захвата власти. «“Хизб ут-Тахрир” нацелена на создание халифата, но мирным путем. Эти ребята строят свой коммунизм и, как и мы, рассчитывают, что он наступит в отдаленном будущем», — говорит Аркадий Дубнов. Вплоть до конца 1990-х публикации «Хизб ут-Тахрир» практически не затрагивали местных проблем, не критиковали режим Каримова, не призывали его свергнуть, а лидеры этой организации даже вели идеологическую полемику с ваххабитами и ИДУ. Поэтому власть «Хизб ут-Тахрир» особо не преследовала, и к 1999 году в организации насчитывалось порядка 15 тыс. членов. После неудачной попытки ИДУ захватить власть неформальное соглашение о ненападении между «Хизб ут-Тахрир» и Каримовым было разорвано. «После взрывов в Ташкенте, когда выступил министр внутренних дел и произнес абсурдные фразы о том, что за взрывами стоит военное крыло “Хезболлы” под названием “Хизб ут-Тахрир”, начались тотальные аресты членов этой организации, которые шли в течение нескольких недель», — говорит Виталий Пономарев. Несмотря на то что ответная радикализация умеренных исламистов поначалу привлекла к ним новых членов (в ответ на аресты в марте 1999-го «Хизб ут-Тахрир» впервые выпустила антикаримовскую листовку, которая разошлась сотнями тысяч экземпляров), масштабные репрессии, пресечение поставок литературы из Саудовской Аравии а также ликвидация в 2002 году полутора десятков подпольных исламистских типографий загнали «Хизб ут-Тахрир» глубоко в подполье.

Новая цель

С разгромом основных исламистских структур антиисламистская кампания Ислама Каримова не завершилась. У нее просто появились новые цели и задачи. Так, узбекские силовики регулярно рапортуют о посадках членов ИДУ, «Исламского джихада» и «Хизб ут-Тахрир», о ликвидации ячеек этих организаций. Между тем у экспертов подобные отчеты вызывают большие сомнения. «Когда в 2008 году в Германии расследовалось дело о подготовке терактов, немецкие следователи приезжали в Центральную Азию для допросов осужденных членов “Исламского джихада”. И вот Ташкент из тысяч своих заключенных “исламистов” смог представить лишь одного человека, который проходил подготовку в лагерях “Исламского джихада”. К тому же он был гражданином не Узбекистана, а Таджикистана», — говорит Виталий Пономарев. «Я до сих пор не слышал, чтобы власти вскрывали настоящие ячейки “хизбутчиков”, которые занимались бы антигосударственной деятельностью, предоставляя при этом серьезную доказательную базу подобных обвинений», — вторит ему Аркадий Дубнов.

По мнению экспертов, под предлогом борьбы с радикалами Каримов просто перешел от войны с исламизмом к преследованию ислама как такового. Учитывая, что вся светская оппозиция в Узбекистане либо сидит, либо сбежала из страны (в июле Узбекистан покинула одна из последних лидеров светской оппозиции — глава партии «Свободные дехкане» Нигора Хидоятова ), Каримов считает, что лишь ислам может стать некой мобилизующей силой, способной поднять население и противостоять его репрессивному режиму. И основания для таких страхов у него есть — события арабской весны (а также опыт исламской революции в Иране) показали, что исламистам удается канализировать общественный протест даже в том случае, если политическое поле не до конца вычищено. Светские партии находили сочувствующих в основном в среде интеллигенции, тогда как значительная часть населения сочувствовала риторике исламистов. «Религиозные лозунги из серии “проще жить” и идеи социальной справедливости гораздо ближе им, чем либеральные понятия “свобода” и “демократия”», — говорит Семен Багдасаров.