Читаем Экспедиция в Лес полностью

— Дорогая, вы ничего не путаете? Моя фамилия Роджерос, а не Менгеле. К тому же это не поможет, — она устало отвернулась. — Потому как кроме «во-первых» есть ещё и «во-вторых». Весь мутационный процесс действительно проходит под контролем извне, как и говорили те эльфы.

— То есть?

— Каждый раз трансмутация проходит по иной схеме. Отсутствие некого координирующего центра просто бросается в глаза.

— Но мы не можем просто взять и всё бросить на полпути к цели. В этот проект вложены такие деньги! Нужна какая-то альтернатива.

— Альтернатива есть. Те таблетки что добыл ваш шпион, да-да не удивляйтесь, я знаю об этой операции, — в последнее время, после того как в её распоряжения стабильно стали поступать стволовые клетки, заражённые эльфовирусом, она стала прислушиваться к ходящим по компании слухам, чтобы не влипнуть в совсем уж некрасивую историю. — Имеют существенное отличие от остальных, от тех, что поступают по официальному каналу, — она стремительно удалялась от скорбного хранилища, на ходу поясняя свою новую идею. — Эти таблетки — живые. То есть, скорее всего, они не прошли последнюю стадию обработки перед отправкой на Землю и из них возможно выделить клеточную культуру. Собственно, мы это уже сделали.

Они вошли в помещение, разительно отличавшееся от предыдущего. Из потолочных люков лился солнечный свет. В почти стерильном воздухе пахло озоном и какой-то лёгкой, еле уловимой травянистой горчинкой. На неизменных лабораторных столах располагались несколько лотков с зеленовато-бурым содержимым.

— Это что?

— Клеточная культура. К сожалению, растение из выделенных клеток вырастить не удалось. Там на порядок сложней структура, чем у земной зелени. В общем, добиться их размножения наподобие раковой опухоли — максимум чего нам удалось достигнуть. Теперь дело за экстрактированием активных веществ и их тестированием. Но предварительные результаты — хорошие.

— Как оно должно действовать?

— По самым оптимистичным прогнозам — так же как эльфийские «таблетки от старости».

— То есть немного удлиняют жизнь и придают старикам сил.

— Да. Примерно так.

— Не годится. Это социальный вариант, а деньги нам выделяли под разработку лекарства от смерти. Таблетки им и так доступны. Тем более что применять их можно лишь единожды. Были уже недоверчивые, решившие вторую таблеточку скушать. Неприятная вещь — смерть от передозировки. — Она невесело хмыкнула. — Так что работу над эльфовирусом всё же продолжать придётся. Вы подумайте, как можно … снизить риск для подопытных.

— Никак. И я этим заниматься не буду. Лучше уволюсь. Даже наверняка уволюсь. Хоть на внуков время появится.

Мартина ничего не ответила. Обе понимали, что с таких должностей так просто не увольняются. Госпожа директор даже ощутила мимолётную жалость к старой перечнице. Принципиальной и несгибаемой. Но, как говорится, своя рубашка ближе к телу.

Всё случилось примерно так, как она себе представляла. Отчёты и выводы главного биоинженера перепроверила авторитетная независимая комиссия и подтвердила, что действие эльфовируса рассчитано на человека. Как и то, что, по-видимому, необходим внешний контроль для правильного прохождения мутации, но доказательства последнего недостаточны. В компанию пришёл секретный циркуляр с приказом продолжить исследования и обещанием прислать в скором времени человеческий материал из числа заключённых и отбросов общества. Роджерос продолжать опыты на людях отказалась. Закончилось всё ожидаемо. Некрологом в местной газете, в котором говорилось, что известный учёный, Селия Роджерос, скончалась на седьмом десятке лет, дома, от неосторожного обращения с газовой плитой. Мы все скорбим от тяжёлой потери и бла-бла-бла. На её место пришёл более дисциплинированный человек. Как говорится, почувствуйте разницу. Селия была язвой и занозой, но гением и вызывала невольное уважение. А этот … послушный слизняк. Ни разу даже не возразил ей.


Антонино Живаншетти искренне считал, что ему повезло. С юности бравший не столько талантом, сколько усердием, он прекрасно знал границы своих способностей и даже не надеялся на такой высокий пост. Однако повезло. Нет, жаль, конечно, Роджерос, но старики со временем становятся забывчивыми и если они забывают выключать дома газ, то в науке им делать точно нечего. О том, почему именно его назначили на эту должность, он как-то не задумывался. К чему? Всё что не делается, делается к лучшему. И даже некоторые скользкие моменты новой работы его не сильно смутили. Он даже ожидал чего-то вроде этого.

Впрочем, хорошо, что ему не придётся что-то изобретать самому, с этим он мог и не справиться. Нужно лишь довести незаконченную работу Роджерос.


Перейти на страницу:

Все книги серии Форрестер

Похожие книги

Карта времени
Карта времени

Роман испанского писателя Феликса Пальмы «Карта времени» можно назвать историческим, приключенческим или научно-фантастическим — и любое из этих определений будет верным. Действие происходит в Лондоне конца XIX века, в эпоху, когда важнейшие научные открытия заставляют людей поверить, что они способны достичь невозможного — скажем, путешествовать во времени. Кто-то желал посетить будущее, а кто-то, наоборот, — побывать в прошлом, и не только побывать, но и изменить его. Но можно ли изменить прошлое? Можно ли переписать Историю? Над этими вопросами приходится задуматься писателю Г.-Дж. Уэллсу, когда он попадает в совершенно невероятную ситуацию, достойную сюжетов его собственных фантастических сочинений.Роман «Карта времени», удостоенный в Испании премии «Атенео де Севилья», уже вышел в США, Англии, Японии, Франции, Австралии, Норвегии, Италии и других странах. В Германии по итогам читательского голосования он занял второе место в списке лучших книг 2010 года.

Феликс Х. Пальма

Приключения / Исторические приключения / Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези