Читаем Экспедиция в Лес полностью

— Это для него нормальное состояние, — он даже не слишком понизил голос, отвечая на вопрос любимой женщины. — Насколько я знаю, следить за своей внешностью он начинает, когда не находит занятия по душе. От общей неудовлетворённости жизнью.

— О чём вы там шушукаетесь? — Марк явно не прислушивался к их разговору, а горел желанием немедленно поделиться какой-то новостью. — Вот гляньте, — он сунул им под нос распечатки с какими-то, таблицами, диаграммами, картами, сплошь испещрёнными пометками, сделанными от руки.

— Если ты думаешь, что я в этом что-то смогу понять, ты — фантастический оптимист.

— Это карта Земли и приблизительные распределение геофизических полей до начала работы с порталами. Вот эта карта — после открытия двух первых миров. И последняя, — после вашего пребывания на Земле и открытия портала со стороны Форрестера. Здесь хорошо видно, что при работе порталов возникают небольшие очаги напряжённости, а в последнем случае, эти очаги принимают просто катастрофические масштабы.

— Откуда у тебя эти данные?

— С Земли по моему запросу прислали. В них никакой крамолы не заметили.

— Ты лучше нам расскажи, чем нам это всё грозит.

— Нам — ничем. А вот землянам может не поздоровиться. Дело в том, что этот очаг напряжённости, находящийся на Альтиплано, самый сильный, но не единственный. Постепенно начинают формироваться ещё восемь. То есть полевая структура Земли становится аналогичной Форрестерской.

— А это в свою очередь означает, что на Земле могут появиться такие же естественные порталы как здесь, действующие бесконтрольно и хаотически, — продолжил его мысль Никита.

— Именно. И всё это стало происходить, когда связь с Форрестером была закреплена с двух сторон.

— Сколько времени потребуется для завершения этого процесса?

— Не знаю. Маловато данных для анализа. Да и то, что есть стоит не один раз перепроверить. Мне просто не терпелось поделиться своим открытием.

Панику решили пока не поднимать и о Марковом открытии не сообщать никому, за исключением Вейшенга. Требовалась дополнительная информация, которую можно было получить только с Земли.

В повседневных делах и поисках хлеба насущного пролетало время. Благо природа Форрестера была щедра, а человечество, которое ей приходилось кормить, немногочисленно. Гораздо хуже было то, что активную работу пришлось временно свернуть — из-за переувлажнённости воздуха почти все приборы были законсервированы (за исключением разве что личных планшетов, их, слава Богу, к тому времени научились делать влагонепроницаемыми). Довольны были одни климатологи, которые с мерзкими ухмылками говорили: «Мы же вас предупреждали! Сезонность климата даже здесь никто не отменял. А вы нам не верили!». Ну не то, чтобы совсем не верили, просто как-то упустили этот момент. Когда всё хорошо, кажется, что и дальше так продолжаться будет.

К тому же спускаться к земле в лесу, за пределами каменистого плато, стало небезопасно. У водяного, а так же у его сородичей начался период размножения. По поводу чего они покинули родные водоёмы и вели себя ненормально агрессивно по отношению к любому крупному движущему объекту. А походить-то ногами хочется, не всё же по веткам дурными белками скакать.

Так что новость, что в ближайшем будущем приедут новые люди и подготовка к их прибытию потребует некоторых трудозатрат, была воспринята на «ура».


Земля. Центральный офис Совета Содружеств.


Николай Степанович Дружелюбный первую половину жизни тихо ненавидел свою фамилию, вторую половину — говорил предкам за неё «спасибо», ибо именно благодаря ей стал возможен первый скачёк в карьере общественно-политического деятеля. На данный момент он являлся координатором Северо-Восточного региона Совета Содружеств и имел характер полностью противоположный фамилии. К характеру прилагалась ещё и внешность соответствующая: высокий лоб, массивные, нависающие над глазницами надбровные дуги и квадратную челюсть при общей грузности телосложения.

Он в раздражении отшвырнул пришедшие утром отчёты. Сколько денег вложено в эту эпопею с Форрестером и где, спрашивается, выгода!? Когда этот проект начнёт окупаться? Да ещё и эти идиоты яйцеголовые вздумали утаивать от них, от него! ценные сведения.

С тех пор, как он прочёл краткие выводы из отчёта по работе двадцать шестой лаборатории исследовательского отдела компании «Освоение миров», его трясло от негодования. Эти сволочи неблагодарные, которых благодаря ему отправили на Форрестер, имеют потенциальное бессмертие, а им, ему! предлагают подачку в виде таблетки от старости.

Пробежав несколько кругов по кабинету и добившись того, что хотя бы руки перестали дрожать, он размашистым почерком написал на отчёте резолюцию: «Форсировать исследования». В конце концов, он уже не так молод, у него нет нескольких десятилетий, чтобы ждать, пока учёные неспешно всё проверят да выверят. Плодами своих усилий он собирается попользоваться уже сегодня, ну в крайнем случае завтра.


Земля. Компания «Освоение миров»


Перейти на страницу:

Все книги серии Форрестер

Похожие книги

Карта времени
Карта времени

Роман испанского писателя Феликса Пальмы «Карта времени» можно назвать историческим, приключенческим или научно-фантастическим — и любое из этих определений будет верным. Действие происходит в Лондоне конца XIX века, в эпоху, когда важнейшие научные открытия заставляют людей поверить, что они способны достичь невозможного — скажем, путешествовать во времени. Кто-то желал посетить будущее, а кто-то, наоборот, — побывать в прошлом, и не только побывать, но и изменить его. Но можно ли изменить прошлое? Можно ли переписать Историю? Над этими вопросами приходится задуматься писателю Г.-Дж. Уэллсу, когда он попадает в совершенно невероятную ситуацию, достойную сюжетов его собственных фантастических сочинений.Роман «Карта времени», удостоенный в Испании премии «Атенео де Севилья», уже вышел в США, Англии, Японии, Франции, Австралии, Норвегии, Италии и других странах. В Германии по итогам читательского голосования он занял второе место в списке лучших книг 2010 года.

Феликс Х. Пальма

Приключения / Исторические приключения / Фантастика / Научная Фантастика / Социально-психологическая фантастика
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези