— Откуда ты знаешь про экспедиции? Следил за моей жизнью? — внезапно её глаза оказались близко-близко напротив его глаз.

— Следил — слишком громко сказано. Ты мне нравилась ещё когда мы были аспирантами, — почему-то это признание далось легко. — Но ты была замужем и я, на некоторое время, упустил тебя из виду. В следующий раз ты появилась в поле моего зрения, когда была уже во второй раз замужем и писала свою третью монографию. С тех пор я время от времени слышал о тебе.

О том, что и в эту экспедицию он подал заявку когда узнал, что она опять свободна и намерена отправиться на Форрестер, он аккуратно умолчал. Повисла пауза. Они молча смотрели друг другу в глаза. Никита медленно склонил голову и прикоснулся губами к её губам. Сначала поцелуй был лёгким, почти дружеским, но когда она прикрыв свои колдовские глаза ответила, стал более глубоким и эротичным. Поцелуй — признание, поцелуй — откровение. Её руки медленно легли на его плечи, его — зарылись в её отросшие кудряшки. Так же медленно, как сближались, они отстранились друг от друга.

— У тебя глаза в темноте светятся, как у кошки.

— У тебя тоже. Отчасти, именно поэтому я предпочитаю ходить в лес или одна, или с кем-нибудь из наших. Что бы не вызывать лишних вопросов.

Никита недовольно сморщился:

— И в такой момент тебя тянет на какие-то рационалистические комментарии!

Она в смущении попыталась спрятать лицо на его плече, но неожиданно встретилась с двумя маленькими глазками на стебельках, выглядывающих из-за уха Никиты. Как её удалось удержаться и не заорать, Елена объяснить не смогла бы. Почувствовав, как в его объятия напряглась любимая женщина, Никита насторожился. И послал ей весьма выразительный вопросительный взгляд.

— У тебя на плече сидит какая-то тварюшка. Невидимая. Точнее ловко мимикрирующая. Одни только глазки на полупрозрачных стебельках торчат.

Никита осторожно повернул голову и с трудом рассмотрел на своём плече маленькую ящерку, с палец длиной. Действительно, её тельце распласталось по ткани куртки, а шкурка почти точно повторяла цвет и фактуру ткани. На вид — вполне безобидная. Разве, может ядовитой оказаться. Он так и не привык постоянно держать контакт с лесом, что остальные делали на инстинктивном уровне. И тля того, чтобы получить какую-либо информацию, приходилось делать ощутимое усилие. Он на секунду прикрыл глаза и попытался почувствовать значение нового организма для себя. Не кусается. Не ядовита. Условно съедобна.

— И чего ты испугалась? Безобиднейшее существо, Он ещё крепче обнял её, тесно прижав к себе. Она не вырывалась.

— От неожиданности.

— Ты же постоянно чувствуешь лес. Разве бывают здесь для тебя неожиданности?

— Бывают. А сейчас меня ещё и отвлекли, — её щёки порозовели, а взгляд стал лукавым-лукавым. Всё-таки, сколько бы ни было у женщины мужей и любовников, в ней всегда остаётся что-то от девочки явившейся на своё самое первое свидание.

— А она тут не одна, — обвёл взглядом окружающее пространство Никита. — И не все такие мелкие. Некоторые в локоть длинной. Фестиваль у них тут намечается, что ли?

— Не тут, — Елена выбралась из его рук и проследила за движением ящериц. — Только некоторые из них останавливаются возле нас, но основная масса движется в сторону базы.

— Мне кажется, пора возвращаться.

Елена согласно кивнула и, не тратя лишних слов, они собрались и отправились назад. Они неторопливо шли по лесу, сопровождаемые полчищем рептилий. Некоторые, самые наглые и любопытные, забирались им на плечи, лезли в рюкзаки, цеплялись за штанины. Одну, самую бесстрашную, Елена вытащила у себя из-за пазухи. Продвигаясь достаточно быстро, они всё же не спешили побыстрей оказаться в лагере. Им хотелось подольше оставаться наедине друг с другом и с Лесом.

А в лагере царила паника.

6

Нашествие рептилий не прошло без последствий. Паникующие люди от них шарахались, некоторые пытались защищаться. Раздалось даже несколько выстрелов. Но всё было бесполезно: всё новые и новые ящерки выскальзывали из леса, быстро пробегали по каменистому плато и старались как можно скорей приблизиться к людям. На месте откинутых или зашибленных, тут же оказывались новых две, а то и три.

Елена и Никита остановились у края леса и ошалело глядели на разворачивающуюся перед ними фантасмагорическую картину.

— Вот теперь можно не ходить, не заглядывать в окна.

— Что ты имеешь ввиду? — не поняла Елена.

— Посмотри-ка — относительно спокойными остались только собратья-мутанты и даже пытаются наводить в лагере какой-то порядок.