Читаем Эхо-парк полностью

Официант принес меню десерта, но Босх и Рейчел заказали только кофе.

– Почему именно теперь? – наконец спросила она.

Босх покачал головой:

– Не знаю.

– Когда в последний раз ты изымал дело из архива и активно над ним работал?

– Месяцев пять назад. Та последняя видеопленка, что я тебе показывал, – это и был последний раз, когда я к нему возвращался.

– Что ты делал помимо того, что вызывал Гарланда на допрос?

– Все. Я разговаривал со всеми, кто мог что-либо сказать. Вновь стучался во все двери. Гарланда я вызвал в самую последнюю очередь.

– Ты думаешь, Гарланд подкупил Оливаса?

– Чтобы Оливас, а может, и О'Ши заключили подобную сделку, их должен был подкупить человек с большими возможностями. Тот, у кого много денег и власти. У Гарландов есть то и другое.

Официант принес кофе и счет. Босх достал и положил поверх него кредитку, но официант уже ушел.

– Ты не хочешь поделить расходы? – спросила Рейчел. – Ты ведь даже не ел.

– Все в порядке. Уже одно то, что я услышал твое мнение, того стоило.

– Держу пари, ты говоришь это всем своим девушкам.

– Лишь тем, которые служат федеральными агентами.

Она покачала головой. Босх увидел, как тень сомнения промелькнула по лицу.

– Что?

– Если взглянуть на это с точки зрения Уэйтса…

– И?..

– Слишком уж дальний прицел, Гарри. Задним числом берутся факты и выстраиваются в соответствии с какой-то надуманной гипотезой. Мэрилин Монро не умерла от передозировки, ее сгубили братья Кеннеди при поддержке толпы. Это называется теория заговора.

– Так что там насчет точки зрения Уэйтса?

– Зачем ему это нужно? Признаваться в убийстве, которого не совершал?

– Очень просто, Рейчел. Он пошел на это, поскольку ему было нечего терять. Он уже и так погорел, будучи Мусорщиком из Эхо-парка. Дойди дело до судебного процесса, он, бесспорно, схлопотал бы себе порцию божественного эликсира – как сказал ему вчера Оливас. Так что его единственным шансом выжить было сознаться в своих преступлениях. И если, например, следователь или прокурор хотели повесить на него лишнее убийство, в дополнение к прочим, то что мог ответить Уэйтс? «Ни за что и никогда!»? Ты хоть сама себя не обманывай. У них был отличный рычаг давления на преступника, и если они давали команду «Фас!», ему оставалось лишь кивнуть и спросить: «Кого?» И еще кое-что, – продолжил Босх. – Уэйтс знал, что будет следственный эксперимент, выезд на местность, и это давало ему надежду. Он понимал, что может попытать счастья, получить шанс на побег. Когда ему сказали, что он поведет следственную группу через лес, этот шанс вырос, и его желание сотрудничать, видимо, тоже возросло. Вероятно, что для Уэйтса вся мотивация вообще состояла в возможности выбраться за стены тюрьмы.

Долгое время оба сидели молча. Подошел официант и взял кредитку. Ленч закончился.

– Что ты намерен делать? – спросила Рейчел.

– Следующий мой шаг – Бичвуд-Каньон. После этого я намерен выйти на человека, который мне все объяснит.

– О'Ши? Он не станет с тобой разговаривать.

– Знаю. Поэтому я тоже не собираюсь говорить с ним. Сейчас, во всяком случае.

– Ты собираешься найти Уэйтса?

Босх уловил сомнение в ее голосе.

– Вот именно.

– Он уже далеко, Гарри. Думаешь, он станет ошиваться поблизости? Уэйтс убил полицейского и судебного пристава. Его шансы выжить в Лос-Анджелесе равны нулю. Неужели он будет торчать в этом округе, где каждый человек с пистолетом и полицейским значком охотится за ним?

– Он здесь, – убежденно произнес Босх. – Ты все правильно сказала, разве что забыла кое-что. Теперь рычаг управления у него. Когда Уэйтс совершил побег, этот самый рычаг переместился к нему. И если у него есть голова на плечах, а похоже, это именно так, он этот рычаг использует. Станет торчать здесь и использует О'Ши с максимальной для себя выгодой.

– Шантаж?

– Да что угодно. Уэйтс располагает информацией. Знает подоплеку случившегося, и если сможет добиться, чтобы ему поверили, то представляет большую опасность для О'Ши и его избирательной машины. Если бы ему удалось сейчас связаться с О'Ши, то он заставил бы кандидата попрыгать.

– Ты затронул хороший вопрос насчет рычага, – задумчиво промолвила Рейчел. – Представим, что этот грандиозный заговор воплотился в жизнь. Уэйтс сознается в убийстве Жесто и остальных и отправляется в тюрьму мотать пожизненный срок. И что же? У этих конспираторов в тюрьме сидит человек, располагающий ключами ко всем тайнам, ответами на все вопросы, а стало быть, и рычагами воздействия. Он по-прежнему представляет опасность для О'Ши и его политической машины. Зачем будущему прокурору округа Лос-Анджелес ставить себя в такое заведомо уязвимое положение?

Официант принес кредитку и окончательный чек. Босх добавил чаевые и подписал. Похоже, этому ленчу предстояло стать самым дорогим из всех, когда-либо им съеденных.

– Хороший вопрос, Рейчел. У меня нет точного ответа, но предполагаю, что О'Ши, или Оливас, или кто-либо еще имел свой план завершения операции. И может, именно поэтому Уэйтс решил бежать.

Она нахмурилась:

– Тебя ведь все равно не отговоришь от этой затеи?

– На данный момент – нет.