Читаем Эхо-парк полностью

Телефон Босха снова зазвонил, он вынул его из кармана и взглянул на дисплей. Там значилось: «Номер неизвестен». Босх решил ответить, чтобы избавиться от расспросов Пратта, от его суждений и советов, как защититься от нападок. Звонила Рейчел Уоллинг.

– Гарри, мы только что получили сводку по Уэйтсу. Что произошло?

Босх понял, что ему придется пересказывать историю вновь и вновь весь оставшийся день, а может, и всю жизнь. Он отошел в нишу, где стояли платные таксофоны и фонтанчик с питьевой водой, чтобы поговорить без помех. Насколько можно сжато и лаконично он сообщил Рейчел о том, что случилось на вершине Бичвуд-Каньона, и о состоянии здоровья Райдер. Пересказывая происшествие, он заново прокрутил в памяти момент, когда Уэйтс завладел пистолетом. Босх также мысленно в деталях пересмотрел их усилия спасти его истекающую кровью напарницу.

Рейчел предложила приехать в отделение, но Босх отговорил ее, заявив, что точно не знает, сколько здесь пробудет, и добавив, что его, вероятно, возьмут в оборот следователи из ГППО.

– Мы увидимся вечером? – спросила Рейчел.

– Если я разделаюсь со всем этим и состояние Киз стабилизируется.

– Я все равно приеду к тебе домой. Позвони и дай знать, если что-нибудь прояснится.

– Обязательно.

Босх вышел из ниши и увидел, что приемный покой отделения наполняется представителями СМИ. Он догадался: это означает, что вот-вот должен прибыть сам шеф полиции. Босх не возражал. Может, политический вес прибывающего в отделение экстренной помощи высокого полицейского начальства поспособствует тому, что больница раскроет часть сведений о состоянии Киз Райдер.

Он приблизился к Пратту, который стоял рядом со своим боссом, капитаном Нороной, начальником отдела убийств.

– Что теперь будет с эксгумацией? – спросил он.

– Я отправил туда Рика Джексона и Тима Марсию, – ответил Пратт. – Они займутся этим.

– Дело числится за мной, – напомнил Босх.

– Уже нет! – отрезал Норона. – Вы будете заняты с ГППО, пока они не закончат свое расследование. Вы единственный оставшийся в живых представитель полиции из тех, кто там находился, и можете рассказать, как было дело. Это сейчас самая насущная проблема. Эксгумация тела Жесто отодвинулась на второй план, и ей займутся Марсия и Джексон.

Босх понимал, что спорить нет смысла. Капитан прав. Несмотря на то что на месте происшествия были еще четверо, которые тоже не пострадали, показания и описания Босха будут иметь наибольший вес.

У входа в отделение возникло какое-то волнение – это несколько мужчин с телекамерами на плече, оттесняя друг друга, толпились по обеим сторонам дверей. Двери отворились, и в помещение вошел сам начальник полиции со свитой. Шеф двинулся к дежурной, где его встретил Нороной. Оба поговорили с той самой женщиной, которая ранее отфутболила Босха. Но на сей раз она была сама предупредительность: тотчас сняла телефонную трубку и позвонила куда надо. Она определенно разбиралась, кто имеет значение, а кто нет.

Вскоре из дверей внутреннего помещения появился главный хирург больницы и пригласил начальника полиции для приватной беседы. Босх увязался следом, пристроившись к свите из шести паркетных генералов, шагавших в кильватере шефа.

– Прошу прощения, доктор Ким, – раздался голос позади группы.

Все остановились и повернулись. Голос принадлежал женщине за конторкой. Она указывала на Босха.

– Этот человек не ваш. Он посторонний.

Начальник полиции, только сейчас заметивший Босха, поправил служащую.

– Безусловно, наш, – ответил он тоном, не допускающим возражений.

У служащей был обескураженный вид человека, получившего щелчок по носу. Группа двинулась дальше, и доктор Ким провел их в изолированный больничный лазарет, который сейчас пустовал. Все сгрудились вокруг пустой кровати.

– Господин начальник, ваша женщина-полицейский находится…

– Детектив. Она детектив.

– Простите. Ваш детектив находится в отделении интенсивной терапии, ею занимаются доктора Пейтел и Уортинг. Я не могу прерывать их работу, чтобы пригласить сюда и попросить дать вам подробный отчет, поэтому готов сам ответить на все интересующие вас вопросы.

– Отлично, – сказал шеф и напрямик, без лишних слов, спросил: – Она выживет?

– Мы считаем, что да, выживет. Проблема в необратимых повреждениях, и об этом мы пока ничего не сможем сказать. Пуля повредила одну из сонных артерий. Сонная артерия доставляет кислород к мозгу. В настоящий момент мы не знаем, насколько серьезно было нарушение мозгового кровоснабжения и какого рода ущерб оно нанесло.

– Разве не существуют анализы, с помощью которых можно было бы это проверить?

– Да, сэр, существуют, и по предварительным результатам пока мы наблюдаем обычную мозговую активность. На данный момент это очень хорошая новость.

– Она в состоянии говорить?

– Пока нет. Во время операции она находилась под наркозом, и должно пройти несколько часов, прежде чем она, возможно, будет способна разговаривать. Акцент здесь – на слове «возможно». Мы не узнаем, каково положение дел до ночи, а вероятно, и до утра – когда она выйдет из-под действия наркоза.

Главный полицейский начальник кивнул: