Читаем Эхо полностью

Сержант Харрисон несколько раз нажал на кнопку звонка дома Гроверов, прежде чем дверь, наконец, приоткрылась, и в щелку протиснулось потное лицо Барри.

— Мистер Гровер? — поинтересовался полицейский.

Мужчина кивнул.

— Сержант Харрисон из полицейского участка Айл-оф-Догз. Разрешите войти?

— Зачем?

— Я бы хотел задать вам несколько вопросов, связанных с Майклом Диконом и Терри Дэлтоном.

— Что такого они натворили?

— Мне бы хотелось обсудить это внутри, сэр.

— Я не одет.

— Это займет всего минуту.

Дверь закрылась, зазвенела цепочка, и, наконец, Барри впустил полицейского:

— Мама спит, — прошептал он. — Идите сюда. — Он распахнул дверь в переднюю гостиную и, когда они зашли в комнату, плотно прикрыл ее.

Харрисон вдохнул заплесневелый, затхлый воздух. Сержант очутился в каком-то замкнутом пространстве, принадлежавшем минувшей эре. Тяжелые бархатные шторы закрывали окна и казались полосатыми оттого, что давно полиняли в тех местах, где их постоянно освещало солнце. Древние выцветшие обои начали плесневеть от вечной сырости. На камине стоял огромный портрет мужчины в форме офицера времен Первой мировой войны, рядом с ним красовалась фотография юной девушки в старинном платье. В мебели чувствовался стиль викторианской эпохи. Воздух казался тяжелым, словно все минувшие года давили сверху. Создавалось впечатление, что дверь в эту комнату была закрыта давным-давно, и с той поры никогда больше не открывалась.

Сержант положил ладонь на спинку кресла, ощущая сырость плесени. Сейчас он размышлял над тем, что за странные люди должны обитать в такой унылой и наводящей тоску обстановке.

— Здесь нельзя ни к чему прикасаться, — взволнованно прошептал Барри. — Мама сойдет с ума, если узнает, что вы до чего-нибудь дотрагивались. Эта комната принадлежала ее бабушке и дедушке. — Он указал на картину и фотографии. — Это они. Они ее воспитывали, после того как родная мать бросила ее и сбежала из дома.

От Барри пахло перегаром. Сейчас он представлял собой жалкое зрелище: несчастный маленький человечек, пытающийся прикрыть наготу старым обтрепанным халатом, который едва сходился у него на животе, и в таких же видавших виды пижамных брюках. Сержант испытал странную смесь чувств: отвращения и человеческой жалости. Харрисон и сам любил выпить с друзьями, поэтому прекрасно понимал утреннее состояние Барри. Но омерзение все же оказалось сильнее, и по коже Харрисона поползли мурашки. Однако он отнес это на счет необычной обстановки комнаты и неприятного запаха, исходящего от хозяина дома. Но чувство омерзения еще долго не покидало его и после того, как беседа была закончена.

— Майкл Дикон сообщил мне, будто вы могли бы подтвердить, что находились в компании с ним и с юношей по имени Терри Дэлтон, примерно с половины девятого вечера до четверти второго ночи. Это соответствует действительности?

— Да, — кивнул Барри.

— Не могли бы вы подробнее рассказать мне о том, что они делали, когда вы расставались?

— Майк остановил такси. Он залез на капот машины, а потом они с Терри перебрались в салон. Сначала они начали спорить, потому что водитель не хотел везти пьяных, а Майк настаивал, что раз уж клиент платит деньги, то таксист обязан везти его по указанному адресу. По-моему, Дикон заплатил водителю вперед, и они уехали. — Он прижал ослабевшую ладонь к животу. — А что произошло? У них по дороге случилась авария? Или что-то еще?

— Нет, сэр, все в порядке. Просто ночью случилось неприятное происшествие в том месте, где обычно ночует Терри Дэлтон, и мы хотели убедиться, что его вчера там не было. Каково было его состояние, когда они с Майклом садились в такси?

Барри смотрел куда-то в сторону, избегая взгляда полицейского:

— Майку пришлось заталкивать его в машину. Когда они уехали, мне даже показалось, что парень лежал в салоне на полу.

— А вы сами как добрались до дома, сэр?

Этот вопрос взволновал Барри:

— Я? — Он на секунду замялся. — Я тоже взял такси.

— От Фаррингдон-стрит?

— Нет, с Флит-стрит. — Он снял очки и принялся протирать стекла подолом халата.

— Вы ехали на большом такси или на малолитражке?

— Я позвонил в таксопарк малолитражек из редакции «Стрит». Охранник Рег Линден разрешил мне воспользоваться телефоном.

— И вам тоже пришлось платить водителю вперед?

— Да.

— Благодарю вас за информацию, сэр. Я сам найду выход.

— Лучше я вас провожу, — поспешил Барри и нелепо хихикнул. — Не приведи Господь, сэр, вы свернете не туда, и разбудите мамочку! Не приведи Господь…

* * *

Дикон миновал ворота фермы и припарковал машину у кирпичной стены, огораживающей подъезд к дому. Шум автострады здесь казался приглушенным, и сонный дом купался в лучах зимнего солнца, которое выглянуло из-за облаков. Майкл поднял голову, чтобы посмотреть, не заметили ли изнутри их приезда, но в окнах никого не было. Возле двери, ведущей на кухню, стояла незнакомая машина (которая, как правильно определил Майкл, скорее всего принадлежала сиделке). В остальном же дом выглядел точно так же, как и пять лет назад, когда он со скандалом вышел из него, дав зарок никогда больше не появляться в здешних местах.