Читаем Эхнатон полностью

Ему до сих пор казалось, что приглашение во дворец – сон. Перед тем, как лечь спать, он молился своему покровителю Тоту, чтобы он дал ему сил и вдохновения, когда наследник фараона призовёт его к себе. Но за неделю он так ни разу и не потребовался…

Пареннефер обычно сидел без дела в домике прислуги или в саду рядом с ним и рисовал простенькие рисунки на глиняных дощечках, которые сделал сам из глины, что нашёл на берегу отхожей канавы. Его кормили дважды в день, как и остальных слуг и служанок, но видя, как те надрываются, обслуживая дворец, Пареннефер чувствовал себя нахлебником, незаслуживающим куска лепёшки.

Он лишь однажды видел главного архитектора Аменхотепа, сына Хапу. Тот торопился куда-то, и Пареннефер едва успел передать ему письмо от дяди. Тот положил его за ворот одежд, но, возможно, потом потерял в спешке.

На этот раз на табличке получились птицы, летящие над зарослями папируса. Среди папируса виднелась девушка. Её Пареннефер изобразил не в профиль и не в анфас, а в три четверти. После недели экспериментов он выяснил, что это был бы идеальный ракурс для необычного лица наследника престола. Пареннефер очень хорошо запомнил это лицо, а особенно глаза, и ему хотелось скорее получить возможность нарисовать наследника в цвете.

Вдруг по дворику прислуги прокатился шёпоток, а за ним раздался оклик:

– Мастер Пареннефер! Главный рисовальщик наследника фараона, да будет он жив, невредим, здрав, Пареннефер!

Он подскочил и побежал на голос. Оказалось, его звал младший жрец Амона, который часто бегал в домик слуг с разными поручениями. На этот раз он примчался в мыле, размахивая белыми парадными одеждами, которые держал в руках.

– Это я, – сказал Пареннефер, подойдя.

– Где ты ходишь? – жрец сунул ему в руки парадные одежды, – Скорее одевайся, церемония вот-вот начнётся.

– Какая церемония?

– Какая!? Церемония назначения наследника Аменхотепа соправителем, конечно!

Жрец помог Пареннеферу натянуть неудобную церемониальную одежду. Если учесть, что он привык большую часть времени ходить в одной набедренной повязке, то такое количество ткани на теле ему казалось просто пыткой. Жрец схватил Пареннефера за руку и потащил сквозь хозяйственные постройки в сторону дворцового храма Амона. Чем ближе они приближались, тем больше народа было вокруг.

– Дорогу! Дорогу! – кричал всё время младший жрец.

И вот, они оказались перед главным входом храма. Жрец, не смущаясь того, что Пареннефер не был посвящён в таинства Амона, затащил его прямо в храм, где посередине стояла ещё одна толпа. Но это были не жрецы, как казалось сначала, а большей частью светские чиновники.

– Привёл его, – отчитался жрец какому-то старику.

– Хорошо, – старик обернулся, и Пареннефер узнал главного архитектора.

На этот раз его схватил за руку старик, и протиснувшись прямо в центр толпы, приблизился к самому наследнику.

– Отлично, – напряжённо улыбнулся наследник. Было видно, что он очень устал, – Дайте рисовальщику левое опахало.

– Не думаю, что это очень хорошая идея, – сказал мужчина, лысый, но с маленьким хвостиком на голове. В руках он держал несколько длинных палочек для письма. По всему этому можно было догадаться, что он главный писец наследника. Так же у него в руках было опахало из пышных разноцветных перьев. – Ты должен дать левое опахало жрецу, а не оборванцу.

Пареннефера сверлили взглядом несколько жрецов высшего ранга, одетых в белоснежные одежды и леопардовые шкуры. Пожив всего неделю во дворце, Пареннефер избавился от привычки простолюдина падать ниц перед любым чисто одетым человеком, и теперь чувствовал себя почти уверенно под взглядами жрецов.

– Дайте ему левое опахало, – спокойно повторил наследник, – Не переживай, Яхмес, я знаю, что делаю.

Писец недовольно фыркнул и встал с правой стороны от наследника, подняв опахало. Кто-то дал Пареннеферу такое же опахало и заставил встать с левой стороны от наследника.

– Добром это не кончится… – ворчал себе под нос писей Яхмес.

– Просто иди вперёд, – услышал Пареннефер за спиной голос главного архитектора, – Не размахивай опахалом, просто иди.

Всю церемонию Пареннефер шёл, не отрывая взгляд от спины наследника. У него была задача – держат ровно тяжёлое опахало, и он думал только о ней. Ему казалось, что если он отведёт глаза и увидит, что происходит вокруг, то сразу сойдёт с ума. Потому что процессия шла по всем Фивам, сквозь толпу, распростёртую ниц или просто почтительно склонившую головы, если они двигались сквозь кварталы знатных людей. Пареннефер шёл в окружении вельмож и жрецов, сопровождая с опахалом наследника божественного трона, и думал, что после такого ничего никогда не будет бояться.

Вернулись к дворцу они в середине дня, когда солнце стояло в зените. И перед главным входом во дворец их встретил сам фараон Небмаатра! Пареннефер стоял всего в нескольких шагах от бога и мог видеть даже морщины на лице воплощения Гора! Хотя раньше он думал, что у богов не бывает морщин…