Читаем Её чудовище полностью

– Шелла, поймите, изолировать больных, не вызывая подозрений, довольно сложно. Лорд Фоук выделил ресурсы, мы сотрудничаем с местными целителями. – Капитан покачал головой. – Мы делаем все, что в наших силах, не просите невозможного.

Я пристыженно молчала, опустив голову.

– Девчонка где? – спросил капрал Гальги. Как человек очень чувствительный, он плохо переносил такие нервотрепательные мгновения тяжелой тишины.

– Наверху, – ответила я, но путь к лестнице не открыла, а после слов лейтенанта решительно и бесповоротно загородила его полностью.

– Мы ее заберем, – сказал он.

– Это еще с чего бы? – тут же вызверилась я, уперев руки в бока. – У нее шок, ей нужен покой.

– Мы должны быть уверены, что девушка не проклята, – пояснил Санхел.

– И у вас есть методы для выявления проклятия? – спросила я, в упор глядя на капитана.

Он отвел глаза, и мне все сразу стало ясно.

– То есть вы собираетесь бросить ее к больным?

– На данный момент у каждого потенциального проклятого своя комната, – терпеливо пояснил Санхел. – Градоправитель выделил для наших нужд загородный пансионат.

– На данный момент, – тихо повторила я. Звучало не обнадеживающе.

– Шелл, мы ничего не можем сделать, – тихо напомнила Улиса. Будто бы у меня могли найтись какие-то иллюзии на этот счет.

Я была прекрасно осведомлена о своей бесполезности и беспомощности.

И как же это бесило.

– А что с умертвиями?

– Отряд был отправлен сразу же, – с охотой отчитался Гальги, уловив желание лейтенанта меня одернуть и сказать какую-нибудь гадость вроде «это не ваше дело, госпожа».

Сатива не сопротивлялась, когда ее уводили. Обняла меня крепко и шепнула на прощание, уверенная в силе своих слов:

– Когда все закончится, нам надо будет встречаться почаще.

– Да.

* * *

– Это конец, – бормотала я, нарезая круги по кухне. – Мы все умрем.

Наступил вечер, небо за окном, всего несколько минут назад пылающее багрянцем по кромке горизонта (в этом я видела недобрый знак и отчаянно паниковала), укрылось непроглядной немой темнотой.

– Шелл, ты меня напрягаешь, – хмуро сообщила ведьма. Она сидела за столом, ковырялась в пасте, к которой я так и не притронулась, и выглядела уставшей.

Я выглядела неадекватной и на первый взгляд паникующей из-за глупости.

– А вдруг Барон сегодня все же придет? – с сомнением спросила я.

За день источив себя злыми мыслями и переживаниями, к приходу темноты я была совершенно опустошена. И следы укуса не хотели нормально заживать, какими бы чудодейственными мазями и волшебными заговорами мы их ни затягивали. Я все еще раненая, а значит, горькая, теперь еще и слегка простуженная, следовательно, наверное, кислая, так ко всему прочему еще и пустая, без сил, и…

– Хоть бы он не пришел.

– Сядь и поешь, – велела Улиса. – Своими метаниями ты все равно ничего не изменишь.

Я покорно подошла к столу и рухнула на стул. Вероятно, это было ошибкой: пока я паниковала, ничего не происходило, но стоило мне только попытаться успокоиться, как Улиса выронила вилку и неверяще уставилась на что-то за моей спиной.

– Нет, – прошептала я слабым голосом.

– Мне здесь не рады? – весело спросили сзади. Спросили тоном человека (хотя человеком Барон как раз таки не был), прекрасно понимавшего, что его тут совсем не ждали и ему действительно не рады, но скорее земля разверзнется и костры преисподней осветят небо, чем хоть кто-то в этом признается…

– Поужинаете с нами? – спросила я убито. Глупая мысль, что это моя последняя трапеза и она, в общем-то, могла бы быть вкуснее, мелькнула и пропала. Что-то сегодня я совсем раскисла.

– Как вижу, кроме простого человеческого ужина, меня сегодня ничего не ждет, – с укором заметил он. – Не хочешь беречь свое здоровья ради себя, поберегла бы его ради меня. Я отсюда чувствую твое напряжение.

Я поежилась.

– А как вы…

– Даже со спины ты выглядишь совершенно бессильной. – Барон вздохнул. – Ну что ж, я вынужден принять твое предложение.

Свободный стул стоял в безопасном отдалении: куда ближе к напрягшейся ведьме, чем ко мне. Улиса тоже это заметила, и на лице ее расцвело озабоченно-задумчивое выражение: она старалась придумать достаточно уважительную причину, чтобы сбежать из-за стола.

Барон все исправил.

С серьезным видом… м-м-м… создания, полностью отдающего себе отчет в действиях, он переставил стул, разместив его рядом со мной. Совсем рядом. И сел, внимательно меня рассматривая.

И во взгляде его мне чудилось неодобрение и подозрение.

– Я никуда не выходила, – на всякий случай сообщила ему.

Покосившись на Улису, он кивнул:

– Верю.

Аппетита у меня не было и до появления Высшего, после – не осталось даже надежды на его возникновение. Дерганая и чуть нервная, я подскочила со своего места, пылая нездоровым желанием накормить Барона. Чуть не расколотила тарелку, едва не перевернула кастрюлю, уронила-таки вилку и предприняла безрезультатную (к счастью) попытку вырвать из шкафчика кухонный ящик, когда полезла за чистой вилкой…