– Завтрак! – вспомнилось вдруг Бобу. – Как я мог забыть! Это будет… – Он задумался. Затем с усмешкой вытащил из кармана монетку и взвесил ее на ладони. – Орел символизирует яичницу с беконом, – изрек он глубокомысленно. – Решка же будет бутербродом с этой пакостью, которую Гарик притащил. Да, именно так.

Он легонько подбросил монетку в воздух, проследил за тем, как она взлетела, кувыркаясь, почти к самому потолку и затем упала на пол. Что-то было не так. Боб моргнул и вновь уставился на монетку, которая спокойно стояла на ребре.

Разумеется, она стояла не просто так. Она попала в щель между досками. Но вероятность такого события…

– Судьба! – проворчал Боб. – Что же мне – голодать?

Он нагнулся, чтобы поднять монетку. Затем встал на колени и потянул сильнее. Монетка не поддавалась. Прошло секунд десять, прежде чем оторопь прошла и киберпанк понял, что произошло. Когда он стоял в том углу, доски прогибались и между ними образовывалась щель. Когда он подошел, доски распрямились и зажали монетку. Простая механика. Плюс, конечно, судьба.

– Ну все! – яростно прошипел Боб. – С меня хватит!

– Ты! – Боб знал, что обращаться к судьбе бесполезно, потому что никакой судьбы нет. Ему было наплевать. На какое-то время он потерял контроль над собой. – Если ты правда моя судьба такая, – говорил он, чуть не плача, – то хоть раз перестань издеваться. Сделай доброе дело. Ну хоть раз! Ну вот сегодня – мой день рождения. Ну хоть бы дочка пришла, что ли. А? В гости?

Судьба не ответила, разве что вы посчитаете ответом сообщение домашнего компьютера, что в курятнике начался пожар.

Глава 3

В жизни каждого человека наступает момент, когда он обращается к вере. «Почему я такой?» – спрашивает человек. Или – «Почему я такая?» Или – в более общем случае – «Почему я такое…?» Как водится, за неимением точного ответа человечество разделилось на приверженцев различных религий и сект, и в результате из ответов на этот простой вопрос можно составить библиотеку.

– Потому что ты… – так ответили как-то раз бродячему философу из Канады в баре города Москвы, когда тот по привычке принялся приставать к окружающим со своим любимым вопросом. Говорят, что то ли ответ этот, то ли последовавшие за ним действия вызвали у спрашивающего мистическое озарение, и именно так были созданы покорившие весь мир сосиски, фаршированные овощами. Очень похоже на правду.

Однако серьезные люди подходят к этому вопросу серьезно, а озарение дано испытать не всем. Последователи теории хаоса, например, полагают, что мир случаен, и люди тоже случайны, и в том, что «вы такой», виноваты исключительно семья, школа и местная полиция, которая неизвестно чем занималась, пока еще можно было исправить положение при помощи дисциплинарных мер. Все просто и логично.

Но в жизни каждого человека наступает момент, когда он обращается к вере. Это случается в момент кризиса или, например, когда человек вдруг видит нечто, что в его концепцию «нормального» мира просто не вписывается. Например, бантик, который летает по воздуху на высоте метра от земли и валит деревья лазерным лучом. Тогда человек идет в церковь – за ответами. Впрочем, сторонники теории хаоса полагают, что он идет туда скорее за поддержкой, будучи стадным животным…

– В церковь? – удивленно переспросила Моника.

– Я запуталась, – призналась Линда. Она посмотрела на мать, словно ожидая возражений, но возражений не последовало.

– Вреда это не принесет, – пожала плечами женщина. – Я бы тоже с тобой съездила, но… – Она кивнула в сторону рабочего стола. Моника работала дизайнером.

Так получилось, что в этот день Линда заперла свое придорожное кафе на замок и повела принадлежащий ее матери грузовичок в сторону близлежащего городка – своей церкви в Серебряном не было.

* * *

– В церковь? – удивленно спросил Люк, не прерывая дыхательных упражнений. – Почему в церковь?

– Люди уделяют много внимания религии, – объяснила Кира. – Может быть, это необходимое условие для того, чтобы стать человеком.

– Боб полагает, – возразил Мак, – что религия – это предрассудок. Впрочем, – добавил он, подумав, – сегодня я слышал, как он молится.

– Боб? – удивился участвующий в беседе на правах слушателя Владимир.

– Он просил судьбу перестать устраивать диверсии в крольчатнике, а вместо этого прислать ему в гости дочь. Я как раз проходил мимо его комнаты.

– Не путай молитву и скрежет зубовный, сын мой! – нравоучительно произнес Владимир. – Если Боб – верующий, то я – папа римский… извините за каламбур.

– Тем не менее…

– Как ты это себе представляешь? – спросил Люк.

– Что это за шипение? – удивилась Кира. – У тебя неполадки?

– Это я дышу.

– Чем дышишь?

– Динамиками.

– Дурдом, – резюмировал Владимир. – Кстати, Люк прав. Что ты собираешься делать – молиться?

– Мне не о чем молиться, – возразила Кира. – У меня все есть. Я собираюсь исповедаться.

* * *