Читаем Эффект Магистра полностью

Посох материализовался в правой руке Зардашта. Словно маленькое солнце вспыхнуло в бушующей белой пелене, отгоняя ярким светом призраков. Оглядев окрестности, мужчина продолжил свой путь. До вершины было ещё треть пути, и мертвецы здесь были не самым жутким испытанием. То и дело на пророка накатывали самые чёрные мысли и отчаянье. Но он шёл превозмогая своим духом тяготы высокогорного пути.

Его умирающий сынок спокойно спал в свёртке ткани, что висел у пророка на шее, поддерживаемый левой рукой. Зардашт нарушал сейчас неписанные обычаи своей страны, но его малая родина осталась далеко на юге в Персии, а в Хайрат он перебрался вместе со своим кузеном. Уже здесь они завели жён из числа дочерей царя Висташпы — тоже гиперборейского рода.

Чем ближе подходил Зардашт к пугающей его вершине, тем спокойней и здоровее выглядел его любимый сын. На пути пророка встречались странные чёрные камни на которых были прописаны жутковатые, но жизненные мудрости являющиеся таковыми потому что так есть, и никакая проповедь этого не изменит.

Наконец-то Зардашт с сыном оказались на вершине. Ну или почти около неё. Здесь их ждала жуткая обитель, построенная из такого же чёрного камня, как и постаменты по пути. Ни узоров, ни украшений, и лишь белый серп полумесяца с отходящим от его середины клинком вниз и белой девятилучевой звездой между рогами говорил о том, куда ведут врата мрачного здания.

— Не убоюсь я смерти, ибо Его Свет и Пламя со мной.

Зардашт уверенно открыл ворота этой мрачной твердыни, проходя внутрь, где было достаточно тепло. Всюду были светильники, стены украшали ковры с символами ваджры и звёзд, а в прихожей было пусто, если не считать того, что здесь сидели на насестах под потолком разнообразные совы. Около небольших очагов на возвышениях свернулись клубками змеи, завороженно смотря на пламя. В открывающемся высоком атриуме под входной башенкой на полу дрых чудовищный страж этого места — гиперборейская мантикора. Жуткая маска человекоподобной морды сейчас была спокойной, ибо монстр спал. Жуткий змеиный хвост с тремя ядовитыми жалами был свёрнут в кольца. Золотистые крылья словно у крылана, аккуратно были сложены на спине.

Страж приподнял один глаз, взглянул на пророка и снова закрыл его. Вместо ответа он только пыхнул своим горячим дыханием, колыхая полы мантии Зардашта, да тихонечко рыкнул. На этот рык тут же сбежались обитатели этих гор — похожие на барсуков создания. Архимаг точно не помнил как называются эти малявки: шебуршуны, шубины или шибари, но прекрасно знал, что такая их толпа сможет доставить неприятности даже ему.

Раздался некий звук, и вся толпа малявок недоверчиво повернулась на него. Звук повторился, и барсучье племя сноровисто принялось разбегаться по каменным искусно сделанным норам, повизгивая и порыкивая на своём наречии. Зардашт поднял взгляд на лестницы, что вели из этого атриума в боковые помещения. Четверо древних стариков спускались к нему в полном торжественном молчании, облачённые в одежды, изображающие ворона.

— На четыре стороны мира был пущен зов нашей Госпожи, но откликнулся только твой сын. Границы между мирами слабеют. Древнее зло пробуждается в недоступных нам безднах. Госпожа взывает к древней крови, что пробудила Богов ото сна.

Казалось этот странный голос льётся ото всюду, но только не от стариков.

— Ныне, Светлый Лорд Зардашт, приходит время избрать первого из стражей, что будут охранять этот и другие миры от тех, кого ты так опасаешься. Не бойся за жизнь своего сына, ибо ему выпала участь быть величайшим из защитников человечества. Оставь ребёнка нам и он вернётся к тебе достойным человеком.

Зардашт горько плакал, не скрывая своих слёз, но пророк прекрасно понял, что иного выхода нет, ибо его возлюбленный сын — избранник Богини Смерти. А воспитать из него истинного Тёмного Лорда может только сама Госпожа. И это знает каждый архимаг.

— Хоть имя позвольте ему дать!

— Давай любое, пророк. Все равно в историю он войдёт как её Избранник.

Зардашт оскалился в недоброй такой улыбке. Принципиальное согласие от Госпожи было получено, а значит хоть в чём-то архимаг сможет диктовать ей свою волю.

— Пусть погибший север, что не видел света со времён падения, озарит милость Ахура Мазды. Пусть мой сын будет светом во тьме. И даже если его судьба будет стать твоим любимым драконом, то пусть и тебя озаряет Свет Чёрного Солнца. Имя мальчику будет Харамар! Я сказал.

Исполинская молния разверзла небо, закрепляя волю Светлого Лорда, что и перед лицом смерти не отвернулся от своего сына. Началась жуткая буря за пределами обители Госпожи. В самом же здании раздался чистый девчачий смех. Перед пророком появилась маленькая девочка в чёрно-белых одеждах и с чёрно-белыми волосами. Её зеленые глаза блистали ярче изумрудов на солнце.

— Ха-ха-ха-ха-ха. Ты такой великодушный, Зардашт. Спасибо тебе. Никто прежде не говорил мне такого и никто прежде не желал мне блага.

Малявка неожиданно резко подалась в порыве чувств и крепко обняла мужчину за ноги, ибо росточек у неё был маленький, а архимаг был весьма высокий.