Читаем Эффект Лазаря полностью

Люк главного входа распахнулся с резким шипением — это значило, что вошедший не стал дожидаться, пока закроется внешний люк. Удивленный Паниль начал было оборачиваться — и ощутил, что к спине его прижат твердый металл. Взгляд искоса продемонстрировал, что это был лазер. Паниль знал того, кто держал лазер — Галф Накано, человек Гэллоу. Массивное тело Накано отодвинулось от люка, толкая Паниля перед собой. За Накано последовали еще трое морян, все в ныряльных костюмах, все вооруженные, все смертельно серьезные.

— Как это понять? — спросил Паниль.

— Ш-шш, — прошипел Накано и просигналил остальным, затем рявкнул. — Так, ладно! Всем встать!

Паниль глядел, как остальные трое агрессоров быстро и точно занимают позиции, равноудаленные от центра комнаты. Один из операторов запротестовал, и рухнул на палубу от сильного удара. Паниль начал говорить, но Накано огромной ладонью зажал ему рот.

— Оставайся в живых, Паниль. Так оно лучше будет.

Трое ворвавшихся перевели свои лазеры на режим коротких очередей и принялись громить помещение Текущего контроля. Таял и лопался плазмаглас, обгорали пульты. Крохотные черные обрывки винила так и взлетали в воздух. Все было проделано с леденящей решимостью. Меньше чем за минуту разгром завершился, и Паниль знал, что потребуется не меньше года, чтобы заменить этот… этот мозг.

Он был вне себя, но это разрушение потрясло его. Его ассистенты жались к стене, в их глазах были потрясение и ужас.

Одна женщина склонилась над лежащим оператором, утирая ему лицо полой блузы.

— Мы захватили Карин Алэ, — сообщил Накано. — Мне сказали, что тебя это заинтересует.

Паниль ощутил, что у него перехватило дыхание.

— Твое сотрудничество обеспечит ее безопасность, — продолжал Накано. — Ты отправишься с нами, на носилках, как пострадавший, которого мы перевозим к врачу.

— А куда мы направляемся?

— Не твое дело. Ты только скажи, будешь ли ты вести себя смирно.

Паниль сглотнул и кивнул.

— Мы заблокируем люк, когда уйдем, — сказал Накано. — Все будут в безопасности. Когда придет следующая смена, они вас выпустят.

Один из морян выступил вперед.

— Накано, — шепнул он у Паниля над ухом, — Гэллоу сказал, что мы должны…

— Заткнись! — велел Накано. — Я здесь, а он — нет. Следующая смена заявится не раньше, чем через четыре часа.

По кивку Накано двое из его людей втащили через люк носилки. Паниля уложили на носилки и привязали. Вокруг него подоткнули одеяло.

— Это был срочный вызов врача, — распорядился Накано. — Мы спешим — но не бежим. Через все люки несите его головой вперед. Паниль, закрой глаза. Ты без сознания, и я хочу, чтобы так оно и выглядело — а не то так оно и на самом деле будет.

— Я понял.

— Мы ведь не хотим, чтобы с леди случилась какая-нибудь неприятность.

Эта мысль преследовала Паниля, пока его волокли через люки и коридоры.

«Зачем я им?» Паниль не мог себе представить, чтобы он был настолько нужен Гэллоу.

Они остановились у транспортного труболета, и Накано набрал аварийный код. Следующая кабинка труболета остановилась, и с полдюжины любопытных лиц уставились на лежащего на носилках Паниля.

— Карантин! — коротко рявкнул Накано. — Всем выйти. Не приближайтесь.

— А что с ним? — спросила женщина, широко обходя носилки.

— Подцепил что-то новенькое от мути, — сказал Накано. — Мы его эвакуируем. Эта кабина будет простерилизована.

Кабина быстро опустела, и Паниля внесли внутрь. Двери с шипением закрылись, и Накано фыркнул.

— Теперь любой чих, любая болячка, любая ломота — и к докторам помчатся толпами.

— Зачем такая суматоха? — спросил Паниль. — И зачем разносить Текущий контроль?

— Теперь, когда с Гуэмесом разобрались, возобновляется работа по запуску. А как скорая помощь мы доберемся быстро и без остановок. А остальное… производственный секрет.

— Да что у нас общего с запуском?

— Все, — отрезал Накано. — Мы направляемся на станцию двадцать два — пункт посадки гибербаков.

Паниль ощутил адреналиновый выброс. Гибербаки!

— А я там зачем? — осведомился он.

— Мы устраиваем новый текущий контроль. Ты его и возглавишь.

— Я думал, ты слишком умен, чтобы попасться на удочку Гэллоу, — заметил Паниль.

Улыбка на тяжелом лице Накано появлялась медленно.

— Мы собираемся освободить сотни, а возможно, и тысячи людей, заточенных в гибербаках. Мы собираемся отворить тюрьму, в которой они томились тысячелетиями.

Паниль, привязанный к носилкам, только и мог, что перевести взгляд с Накано на остальных троих заговорщиков. На всех трех лицах красовались одинаковые блаженные улыбки.

— Людей из гибербаков? — переспросил Паниль.

— Генетически чистых — настоящих людей, — кивнул Накано.

— Да ты же не знаешь, что в этих гибербаках, — возразил Паниль. — И никто не знает.

— Гэллоу знает, — сказал Накано, и в его голосе прозвучала твердая убежденность — такой тон указывал на необходимость веры.

Панель транспортной капсулы ожила, и записанный за пленку мужской голос затянул: «Аэростатная База Браво, заправка».

Зашипев, открылся люк. Носилки с Панилем подняли и вытащили на грузовую платформу с тяжелыми плазовым панелям на потолке.