Читаем Эффект бабочки (СИ) полностью

Нет, буквально, её сейчас стошнит от тревожности. И от аромата одеколона. И от любезностей, которыми обменивались Кэти и Том. К глазам подступили слёзы.

Она не понимала Томаса: то он чрезмерно внимателен, то вообще не обращает внимание. То заботлив и мил, то кричит на Оливию со всей злостью, накопившейся внутри. А что, если и Лив будет вести себя так же с ним? Будет то нежной, то холодной. Да, сегодня нужно было к нему охладеть.

Точно!

Она не будет смотреть на него, не будет тянуть руку для ответа на тот или иной вопрос, не будет улыбаться. Будет держаться холодно и беспристрастно, будто ей совсем всё равно.

— Кэти, хватит уже охмурять мистера Хиддлстона, — воскликнул на весь класс Горни, громко хохотнув.

Странно, но впервые Оливия была благодарна ему за то, что он никогда не следил за своим языком.

— Заткнись, Мелвилл! — злобно прошипела Стюарт.

Переведя недовольный взгляд на одноклассника, над шуткой которого уже вовсю хохотала и перешёптывалась добрая половина учеников, Лив машинально посмотрела в сторону преподавателя.

— Так, — посмеялся Томас, явно смутившись, — никто никого не пытается, как выразился мистер Мелвилл, «охмурить».

И посмотрел прямо на Тейлор, так по-доброму, словно бы пытаясь приободрить.

Ну как на него можно было злиться? Такого чуткого, такого внимательного, такого заботливого.

Заметив те влюблённые взгляды, которыми обменялись Лив и Том, Дэйв скривился и, раскрыв рот, поднёс к нему два пальца, начав кряхтеть так, будто его сейчас вырвет прямо на парту.

— Прекрати! — смутилась светловолосая, шлёпнув друга толстым учебником физики прямо по плечу.

Хоть бы Том этого не видел! Он сразу догадается, что Дэйв обо всём знает! Что Лив обо всём проболталась! И снова разозлится.

— Ладно-ладно, — посмеялся блондин, отмахнувшись от ловких ударов потрёпанной книгой и продолжив листать ленту «Тик-тока» в телефоне, — воркуйте, голубки.

На последнее замечание друга Лив постаралась не обращать никакого внимания, превозмогая желание шлёпнуть его по плечу ещё раз, да посильнее, и в то же время страшась реакции всех остальных в классе. Нельзя, чтобы кто-то случайно услышал, узнал, тем более Томас!

Но к счастью никто ничего не заметил. Всё было, как и прежде: Тильда неловко поправляла громоздкие очки на носу, Питер судорожно листал исписанные страницы тетради, Горни перешёптывался о чём-то с Сидом, косясь в сторону Мэтта. И никого не интересовало, что там творится в жизни Тейлор. Так странно: Оливия до ужаса боялась, что кто-то может узнать, но на самом деле всем было плевать, даже Дэйву, который был в курсе всех дел — парень лишь лениво перелистывал видео за видео, иногда дважды кликая по экрану, чтобы оставить лайк.

Наконец подключив ноутбук, мистер Хиддлстон принялся задвигать жалюзи на окне, чтобы показать очередное учебное видео с помощью проектора, и прочистил горло.

— Что ж, приступим к физике? — дружелюбно улыбнулся он классу.

Так и прошёл урок — за просмотром фильма, прослушиванием, решением задач у доски и записью домашнего задания. А как только на всю школу раздался звонок, оповещающий об окончании урока и начале перемены, все старшеклассники тут же повскакивали со своих мест, судорожно собирая вещи в рюкзаки и спеша в столовую.

Как и всегда, Лив держалась позади всех, медленно ковыляя к выходу, когда услышала тихий голос преподавателя, воззывающего к ней.

Мысленно закатив глаза и покрепче стиснув зубы от волнения, Оливия всё же развернулась на сто восемьдесят градусов от двери и подошла ближе к преподавательскому столу, когда все одноклассники уже покинули кабинет.

— Да, мистер Хиддлстон? — сдавленным голосом спросила она, избегая смотреть мужчине в глаза и разглядывая деревянную столешницу: серый ноутбук с изображением белого яблока, кучу бумаг с распечатками лекции и выделенными в них разноцветными хайлайтерами словами, одноразовый стакан из кофейни и смартфон, точно такой же, что и у Тейлор.

— Сегодня утром я порылся в Интернете, — принялся объяснять Томас, — нашёл пару интересных статей, чтобы ты могла вычленить из них информацию по нашей теме…

В ответ светловолосая лишь неопределённо хмыкнула по-прежнему разглядывая предметы на столе, и заметила, как рука мужчины, всё это время сжимавшая спинку стула, взметнулась вверх, после чего девушка ощутила нежное прикосновение холодных пальцев к своему подбородку.

Шатен аккуратно приподнял голову Оливии так, чтобы их глаза — зелёные Лив и голубые Томаса — наконец встретились. То было идеальное сочетание: сочная летняя трава и ясное небо в знойный день, инь и янь, лёд и пламя. И было жарко, невыносимо жарко, что светловолосая даже почувствовала, как её спина стала обливаться по́том. Эти искры, что ураганом плясали между ними, весь этот спектр эмоций, дрожь по всему телу — сводили с ума. Опьяняли. Манили.

Вызывали зависимость похуже специальных веществ. И Лив знала, что если вдруг начнётся ломка — девушка вряд ли когда-то сможет с этим справиться.

— Сменила имидж? — улыбнулся мужчина, переведя взгляд чуть выше — на волосы девушки.